— Давай общаться быстро, связь в любой момент оборвётся! — предупреждает Куралай. — У нас тут не понятно, что творится.

— Кто у тебя живой? — спрашиваю главное, чтоб не терять времени.

— Одна…

— Еда есть?

— Не переживай. У меня еды хватит, — не вдаётся в подробности она. — А ты где⁈

— В одной из Федераций, на Западе, — чертыхаюсь в трубку. — Надеюсь скоро вернуться.

— Хорошо бы, — ёжится она. — На землях кошмар и раздрай. Написать тебе на ящик подробности? Если сейчас прервётся?

— Да! Тебе что-то известно о Мажилисе? О Кабмине?

— Вообще по нолям. ТВ трансляций нет, только иностранные каналы и спутник. Такое впечатление, что все как вымерли. Буран был, многие линии связи повалило. Возможно, ещё и коммуникации нарушены. Плюс, взрослые у всех знакомых, до кого смогла дозвониться, больными лежат. Кто жив ещё.

— Держись, скоро…

Связь разрывается, а я какое-то время бреду, как в тумане.

* * *

Старый Гуйч пожил немало. Не смотря на засоление морского побережья полвека тому, жить дома три десятка лет назад ещё было можно. Наверное. Но вот выживать становилось тяжело, по целому ряду причин.

Плюс, именно ему, из-за внуков, «естественный» (сиречь, природный) образ жизни был противопоказан: у внучки было редкое аутоиммунное заболевание, с которым лучше находиться поближе к цивилизации. Пусть и западной. Медицина у них на уровне, чего уж; в родных краях такого нет. А разных социальных программ для переезда, хоть и на том же Западе и Севере, пруд пруди со времён основания Статуса: рабочие руки нужны всем Федерациям Запада.

Западные народы откровенно разленились; работать и размножаться перестали; потому охотно ассимилировали целые поколения народов с востока и юго-востока. Хотя, это ещё вопрос, кто кого больше ассимилировал, если разобраться. Примерно в те времена Гуйч, подумав, с семьёй сюда и перебрался.

Родной язык он, конечно же, помнил, куда без него. Но внукам вдолбить не вышло: молодому поколению всё, связанное с Родиной, оказалось без надобности. Впрочем, периодически внуки спрашивали то или это слово, но исключительно для развлечения. А для полноценного языка, конечно же, нужна среда.

С книгами и передачами на родном языке здесь было туго. Страны, где туркан — родной, после Статуса разошлись, для начала, на три разных алфавита.

Есть, что вспомнить; нечего внукам рассказать.

Ну и народ Гуйча, говоря откровенно, тяготел к Классическому Туркану. В своё время, именно в её пользу выбор ориентации и сделал. А те слегка ошиблись, и сейчас балансировали на грани. Не принятые Западом, и изрядно оторвавшиеся от восточных братьев.