В гараже, где на время осады расквартировались стрелец Агафон и коренастик Ханарр, у нас образовалось небольшое конструкторское бюро.

— У меня два вопроса, — Агафон обошёл три раза вокруг бронированной кареты, — где искать этот центр тяжести? И как его окаянного опускать?

— Может быть топором, где надо долбануть? — подключился к мозговому штурму Ханарр, — чтобы этот центр сам выкатился на видное место.

— Рубить придётся завтра, — хохотнул я, — головы супостатам. А чтобы центр тяжести у броневика опустился нам нужно на пол постелить лист металла. И для верности на этот лист добавить ещё что-нибудь тяжёлое. Например: наковальню.

— Так это, «Грамозека» того, — почесал затылок неравнодушный к науке стрелец, — колёсами в песке вязнуть будет.

— Это верно, — согласился я, немного удивившись мужицкой смекалке Агафона, — на обод колёс нужно накрутить в несколько слоёв обрезки кожи. Склеить их. Добавить сцепку другими кусками кожи между спицами. Чтоб вся эта намотка держалась, как следует.

— И что это нам даёт? — спросил коренастик.

— Товарищи научные сотрудники КБ имени Королёва, — я еле сдержался от смеха, — при увеличении площади соприкосновения, давление колёс на грунт уменьшится. Поэтому…

— Поэтому нужно искать кожу, — закончил за меня Агафон.

— И железо тоже, — добавил Ханарр.

Но тут прибежал в гараж стрелец из караулки и меня срочно вызвали к надвратной башне княжеского кремля. Кто пришёл, зачем пришёл из смутных объяснений служивого я не разобрал. Оказалось у ворот столпилось примерно человек сто пятьдесят из той части города, в которую никогда не заходили стрелецкие патрули. Да, контингент, мысленно чертыхнулся я, рассматривая дешёвых портовых шлюх, которых возглавляли, скорее всего, их же сутенёры.

— Здрав будь, Михаил Андреевич, — поклонился мне в пояс здоровенный мужик, которого я где-то уже встречал, — ты мне давеча зуб выбил. Вышибала я из «Пенной кружки».

— Привет, — кивнул я, — гуляете? Вечерний променад?

Мужик о чём-то пошептался с двумя своими товарищами, по виду тоже больше напоминавших кабацких вышибал.

— Неграмотные мы, — ответил он, — неведомо, что такое вечерний порно ад. Но ежели мы дадим за каждого по серебряной монете, за то, что вы пустите нас схорониться за стену, такая плата будет достаточной?

— В чёрном городе Сатура никто не боится, — задумчиво произнёс я, — среди ремесленников тоже на него разве только не молятся. А вы чего переполошились?

— Аха! — выскочила из толпы проституток взлохмаченная женщина, — конечно, им то чего пугаться? Они порядочные! А нас враз по рукам пустят, порвут на части! Если серебро не берёте, то мы вам тут все отмоем и отскоблим, лучше, чем в ратуше.