Выпалив это всё одной фразой, она резко повернулась и, подхватив подол длинного платья, буквально вылетела из комнаты, чуть не сбив входящего Винсенте. Коридор из корпуса целителей она пролетела за два стука сердца, и, выскочив во двор, подошла к старой оливе, прижалась к ней лицом и горько разрыдалась.

В это время декан факультета целителей находилась в своей комнате, где и жила уже несколько лет, практически никуда не уезжая из стен магической академии. Услышав в коридоре какой-то шум, она выглянула, но вокруг уже никого не было.

Вернувшись в комнату, она подошла к окну и увидела, как из здания выбежала тонкая девичья фигурка, в длинном платье. Она стремглав бросилась к старому дереву, заслонявшему своей большой кроной полдвора, и прижалась к его стволу.

Судя по содрогавшимся узким плечам, девушка плакала. Так прошло несколько минут. Эстель терпеливо ждала, надеясь узнать, кто это так горько рыдает и почему, и вскоре была вознаграждена за своё ожидание. Девушка повернулась, и Эстель с удивлением узнала в ней гордую младшую дочь графа де Сильвы.

Ситуация становилась весьма интересной. Значит, это она выбежала из их корпуса. Желая во всем разобраться, декан снова вышла в коридор. Дойдя до лечебной комнаты, которая располагалась немного дальше, она увидела, как её дверь приоткрылась и оттуда вышла смущённая Ариадна, в сопровождении брата Винсенте. Очень кстати!

— Вы, видно, приходили навестить своего друга, не так ли, Винсенте?

— Да, мы с сестрой пришли, чтобы поддержать его и справиться о его самочувствии.

— Это хорошо, а не приходила ли сейчас к нему ещё одна посетительница, а, Винсенте?

— Я не знаю, я отлучился на несколько минут, но вроде, приходила виновница всего этого недоразумения, из-за которой и пострадал Эрнандо.

— А что ты скажешь, Ариадна?

— Да, это приходила Мерседес де Сильва, она оставила лечебный коктейль, пожелала выздоровления Эрнандо и сразу вышла.

— Наверное, она не вышла, а выбежала.

— Я не знаю донья, из комнаты она вышла, а что было потом, я не видела, потому, как в комнату вошёл Винсенте, и мы остались в ней втроём.

— Ну, хорошо, — и декан целителей повернула обратно к себе в комнату, внутренне усмехаясь и, в то же время, грустно размышляя о своём. Ещё одна глупая птичка попала в ловко расставленные мужские сети. Богатство и уважение, положение и статус, что будет брошено на вечный алтарь отношений мужчины и женщины?

Но на полпути она развернулась и направилась в лечебную комнату, желая поговорить наедине с этим юношей. Пора бы уже с ним поговорить более предметно, чем раньше, а то, получается, возникло слишком много вопросов к нему… Ведь повод был очень значительным.