Громкий девичий смех оповестил преподавателя, что урок на грани срыва, и, повернувшись от доски, на которой она высвечивала легким прикосновением руки магические рисунки целебных растений, уважаемая донья устремила гневный взор на учеников. Впрочем, быстро поняв, почему они отвлеклись от её предмета.
— Девочки, там что-то интересное показывают? Или вам больше нравится смотреть в окно, чем на предмет изучения?
— Да, донья, там какой-то деревенщина идёт, — отозвалась первой Луиза Сальваторе, томная брюнетка с чувственными губами.
— Интересно! — и донья подошла к окну, взглянуть на предмет интереса её неразумного класса. Действительно, посмотреть было на что. Впрочем, об этом она узнает уже сегодня, максимум завтра. А сейчас…
— Уважаемые сеньоры и сеньориты, я настоятельно рекомендую вам вернуться к теме нашего урока и отлипнуть от окон, если вы, конечно, намерены сдать первые экзамены и, вообще, остаться в нашем учебном заведении.
Угроза не была пустой, и девицы, продолжая хихикать, нехотя отстранились от окон и вновь сосредоточились на теме урока, но так до конца и не вернулись в ту атмосферу, которая царила в классе до этого. На сегодняшний вечер и весь следующий день у них будет достаточно разговоров.
А то за полтора месяца напряжённой учёбы они уже практически обсудили все интересные темы, а тут такое событие, есть о чём пошушукаться в девичьих, и даже поделиться со своими знакомыми и братьями. А те будут и сами рады, ведь мужчины, гораздо большие, на самом деле, сплетники, чем женщины.
Утро наступило резко, с громкого стука в дверь. Засов недовольно звякнул, содрогаясь в экстазе возмущения от такого наглого вмешательства в личную жизнь. Быстро продрав глаза, я рывком проснулся и также быстро соскочил с кровати. Сделал два шага и открыл дверь. За порогом ожидаемо стоял старик-привратник.
— Юноша, у вас через полчаса экзамен!
— Понял! — и я стал метаться по маленькой комнате, стараясь всё успеть, мимоходом смахнув с табуретки пистоль. Тот упал, грохнул выстрел, и стена комнаты получила глубокую дырку, в которой растеклась свинцовая пуля.
Я застыл в страхе от того, что натворил, не зная, что делать дальше. То ли продолжать умываться и одеваться, то ли просить прощения. Хорошо, что пуля не попала в старика, вот бы горе было, и в первую очередь, у меня.
— Время идёт, — невозмутимо отреагировал привратник и, сделав лёгкий жест рукой, создал порыв ветра, который быстро рассеял клубы порохового дыма.
— Я снимаю десять пунктов за вступительный экзамен, за попытку атаки и неосторожное обращение с огнестрельным оружием, о чём доложу уважаемой комиссии.