Глава 20. Виселица.
Страница 39 из 41
Настройки чтения
18px
1.8
1

Глава 20. Виселица.

Страница 39

– Ты где так испачкался, друг?

– Это не грязь, дурак, – говорит из своего угла девушка.

– Сама ты дура, Аннуэль. Как молчала, так и продолжала бы, я не тебя спрашивал.

Их короткая перебранка заставляет всколыхнуться воспоминания в памяти Руиля: фрегат “Кровавая роза”, Жанна с зажатой меж губ трубкой, Сейла в “гнезде”, Марсия, переругивающаяся с Приамом, таскающий ящики Дагмар. Подбородок начинает дрожать. Парень сжимает губы, чувствуя, как на ресницах собирается влага.

– И за что ты сюда загремел? – спрашивает Триас.

Он смотрит на барда слегка брезгливо, но заинтересованно.

– Родился, – коротко отвечает Руиль.

– Ясно, – кивает Триас.

Повисает тишина. Аннуэль играет с цепями кандалов, Триас снова засыпает, а Руиль раздумывает над всем, что произошло с ним за прошедшее время.

– И много вас? – спрашивает он, когда размышления доходят до рассказа Аннуэль.

Девушка не сразу понимает, о чём её спрашивает бард.

Глава 20. Виселица.

Аннуэль зевает. Руиль смотрит на её профиль, чувствуя ту же усталость и принятие, что читается на лице девушки. За почти месяц пути в тесной, продуваемой холодными ветрами клетке даже те, кто больше всех храбрились и дерзко выставляли напоказ своё отношение к королю и короне, потеряли последние силы.

Руиль выдыхает, ковыряя ногтем заусенец на пальце. Тёмно-серое облачко вылетает изо рта, цепляясь за сухую, колючую кожу губ. Парень старается не двигаться: один из заключённых уснул на его плече.

Хватило всего пары дней, чтобы нифенцы, настороженные и обозлённые, привыкли видеть рядом с собой его чёрно-белое лицо. Через неделю с Руилем начали заговаривать не только Аннуэль и Триас, а ещё через несколько дней и вовсе перестали воспринимать его как чужака.

Руиль аккуратно поворачивает голову. Столица уже виднеется на горизонте. В окружении молчаливых, бесчувственных гор маячат острые башни, укрытые туманом облаков.

– Уже скоро наши бренные тела будут висеть на главной площади на потеху старику и его приближённым, – говорит кто-то замогильным голосом.

В повозке повисает напряжённое молчание. Триас чихает и утирает повисшие сопли кулаком.

– Хватит вам киснуть, – говорит он. – У нас ещё есть шанс умереть достойно.

– И как же? – спрашивает его молодая нифенка.

– Плюнем в лицо этим старым уродам. Не знаю, как вы, а я точно так и сделаю.

– Твой плевок даже не долетит до их роскошных кресел, – парирует кто-то.

Раздаются приглушённые, хриплые смешки.

– А я всё равно попробую, – фыркает Триас.

Руиль слушает эти бессмысленные разговоры вполуха. Он знает причину этих пустых пылких фраз: попытка успокоиться, отвлечься от мыслей о смерти, что идёт по пятам, ступает нога в ногу. Шаг, второй. Её ледяное дыхание касается шеи, и оно ещё холоднее, чем нескончаемый ветер, заблудившийся посреди гор.

назадназад
1 ... 37 38 39 40 41
впередвперед