Хмыкнув, он медленно кивнул и, отвесив шуточный глубокий поклон, едва не испачкал длинные волосы об грязный пол. Дождь сбавлял обороты. Грохот капель стал не таким оглушающим, через него пробивался звук колокола с кухни. Пора было идти на ужин. Однако мы не торопились уходить с площадки. Я была уверена, что холл тоже никто не покинул. Повернувшись ко мне боком, мужчина сделал несколько медленных шагов в сторону. Не дав себя одурачить его спокойствию, я шагнула в противоположном направлении. – Признаться, я и правда думал, что ты бросила занятия. – Какого же ты обо мне мнения? – в груди появилось неприятное жжение, но я продолжала следить за его ногами. – Прости, ты же сама знаешь – смертные не меняются. Чего уж тогда говорить о нас? У бессмертных нет надобности куда-то торопиться, вписываясь в имеющееся время… Он остановился и замолчал. В лесу слышалась песня соловья, ветер забирался под мокрую блузу, мокрые волосы липли к шее. Я пыталась прислушаться к своим чувствам, стараясь предугадать, что возможно в следующую секунду. Но моих навыков не хватило. Быстрее зверя он оказался за моей спиной и, прижимая мне горло древком, прошептал: – Ты знала, что улулы питаются кроликами? Разозлившись, я попыталась ударить его в живот локтем, но, извернувшись, едва не упала. Мужчина поймал меня за талию почти у самого пола. Раздался глухой звон, копье выпало из моих рук. Мокрые пряди Фобоса щекотали лицо. Он нависал надо мной сверху и, рассматривая меня, улыбался. – Доволен? – самодовольно хмыкнула я, – Уделал девчонку. Нахмурившись, он резко разжал хватку и выпрямился. Я же, пусть и с небольшой высоты, но шлепнулась на мокрый и грязный пол. – Это будет вам уроком, Ваше Высочество. Выбирайте противника по себе. Дождь окончательно превратился в редкие капли, песни птиц стали громче. Выглянувшее из-за туч робкое солнце частично осветило Скворечник. Взглянув вслед удаляющемуся Фобосу, я, закатив глаза, пнула валяющееся оружие. – Ничего! Времени у меня много… Приподнявшись на ноги, я оглядела свою форму. Грязные и сырые брюки, порванный неосторожным движением пера корсет. Осмотрев кончики волос, я заметила песок. Мне было совершенно плевать, что скажет Мила, но появиться в таком виде на ужине мне не позволял банальный этикет, а потому придется переодеться. Холл был пуст, все наверняка разбрелись, стоило им лишь увидеть идущего к Скворечнику Фобоса. Фыркнув, я в несколько шагов взлетела по лестнице на нужный мне этаж и, едва не забежав в свою старую комнату, развернулась и скрылась