я мысленно похвалила себя и подняла голову, вновь подставляя теплые щеки под резкие удары соленого ветра. Оббежав остров по кругу, Быстрый наконец нырнул в спасительную опушку леса, продолжая углубляться в деревья. Обернувшись в седле на исчезающую из виду темную волну, я поняла, в чем была моя проблема. Я хотела свободы, при этом будучи абсолютно свободной. Уныло покачав головой самой себе, я схватилась за упряжь в попытке удержаться на звере, виляющем на поворотах лихой тропы. Однажды он пронесся так близко к границе, что худая рука силвы едва не сцапала меня за волосы. После этого приходилось контролировать маршрут. Вот и сейчас от невидимой черты меня отделяло несколько метров, равно как и от стремительно двигающегося силуэта хранительницы. Длинная и страшная тень бежала параллельно нам. Видимо, надеясь, что где-то мы допустим ошибку. Дядя настаивал на том, что девушкам встреча с силвами грозит максимум сильным испугом, и опасны они лишь для мужчин. Даже если это было правдой, попасть в объятия этой страхолюдины мне точно не хотелось бы. Перед глазами возник окровавленный бок Стефана, когда через разрез рубашки и кожи, я увидела белую кость ребра и блеск внутренних органов. Едва ударив по бокам улулы сапогами, я заставила его значительно ускориться, но силва не отставала. Боковым зрением я видела ее страшное, искореженное лицо, повернуто прямиком ко мне. Ей совсем не надо было смотреть вперед, чтобы никуда не врезаться. Это место было ее домом, ее охотничьим угодьем, а я была добычей, которая могла бы тоже стать ее. Стараясь игнорировать выпученные глаза чудовища, я посильнее надвинула на лоб капюшон, скрывая от себя почти все и оставляя лишь макушку Быстрого, шерсть на которой была прижата от встречного ветра. Сбоку раздался вой сначала двух голосов, после послышался и третий. Хранительницы стягивались к границе, зовя остальных. У этой стороны острова редко бывают посетители. Но каждый раз, как мы с Быстрым там пробегали, повторялось одно и то же. Но каждый раз зверь уделывал старых хранительниц. Схватившись крепче за упряжь, я с ощутимой силой пристукнула Быстрого по бедру, подгоняя. Едва не свалившись с седла от сильно возросшей скорости, я засмеялась. Утробный вой раздался еще ближе. Резкий поворот, и сразу еще один. Топот мощных лап по обледенелой земле и непрерывный шорох, шелест от движения нескольких силв смешались между собой в какой-то странный аккомпанемент, который разбавлял только плач пронизывающего ветра. Несмотря на надвинутый капюшон