Голос говорил необычные и порой пугающие вещи, показывал мне калейдоскоп образов, ранее мной невиданных, но большую часть из них я забывала с наступлением утра. Но где-то там среди эмоций и обрывков воспоминаний сохранился образ незнакомца с беспорядком на голове, обеспокоенно что-то кричавшего прямо мне в лицо, но медленно удаляющегося. Очередной снежок, прилетевший в коленку, заставил меня зло хмыкнуть. Стефан, хоть и делал успехи в магии, но я все же превосходила его в ловкости. Призвав в ладони силу, я подняла из сугробов несколько снежных комков и один за другим послала в сторону парня. Попытавшись спрятаться за деревом, он не учел того, что снежкам было все равно на преграды, и, обогнув поблескивающий от наледи ствол, снег упал ему прямо на голову. Через десяток секунд тишины вдруг раздался оглушительный крик: – Если я тебя поймаю, засуну в сугроб! Взвизгнув, я развернулась и побежала прочь от топей, ближе к школе, в надежде, что на глазах у вероятных свидетелей Стефан не исполнит свою угрозу. Под сапогами скользила обледеневшая дорога, суровый ветер норовил скинуть с головы капюшон, но чары держали крепко. Смеясь, обжигая горло морозом, я торопилась выскочить на открытую местность перед Скворечником, дабы не оказаться поваленной в снег. За спиной слышался топот парня, и, подхватив полы плаща, я побежала еще быстрее, стараясь не терять равновесие на поворотах. Когда я уже почти вырвалась к школе, художник схватил меня за локоть. Ноги расползлись на наледи, меня повело в сторону. Через долю мгновения я ощутила под спиной мягкость сугроба. Сбоку, частично на меня, приземлился и парень, которому повезло меньше. Я слышала, как он отплевывается от снежинок. Не дав мне подняться, парень схватил меня за плечо и, аккуратно развернув, шепнул прямо в лицо: – Попалась! Улыбнувшись, я обняла его за шею и притянула к себе. Губы Стефана были горячие и ярко контрастировали с ледяным кончиком носа, опирающимся в мой. Его поцелуи обладали исключительной магией, сродни той, что были в его картинах. Стоило его губам опуститься на мои – из головы вылетали любые мысли, даже самые хорошие. И слаще этой тишины не могло быть ничего на свете. Холодные пальцы пробежали по моим щекам, я чувствовала на них капли от растаявших снежинок, но это ощущалось где-то на задворках сознания, на первом месте было сбитое дыхание парня. Чуть отстранившись от меня, он улыбнулся. – Это новый способ задобрить меня? – уткнувшись носом мне в шею, он прохрипел, – Мне нравится, готов даже чаще пугать