— ...И раз уж мы заговорили про будущие технологии, безопасность и наше общее завтра... — интригующе протянул Старк с экрана, сделав театральную паузу и вскинув взгляд прямо в небо.

До меня мгновенно дошло. Это была спланированная, математически выверенная засада. Меня вытаскивали из тени на свет.

Лёгкая паника интроверта ледяным комом свернулась в желудке. Я дёрнулся, пытаясь перехватить управление, но кинематика экзоскелета не отозвалась. Гелевые ремни хаптик-системы мгновенно натянулись, сработав на блокировку, и намертво сковали мои предплечья и кисти. Автопилот взял абсолютный приоритет — я не мог пошевелить даже пальцем. Нейроинтерфейс тоже оглох: виртуальное меню просто игнорировало мысленные команды на отмену курса.

Я оказался намертво заперт в собственном бронированном бункере, который летел прямо на публичную сцену.

— Кара, отмена! Сбрасывай тягу! Переводи в горизонт! — гаркнул я.

— Доступ заблокирован протоколом «Пранк над учеником», — невозмутимо проинформировала ИИ. — Мистер Старк просил передать, что вы должны чаще выходить в свет. Приготовьтесь к экстренному торможению, Макс. До контакта десять секунд.

В этот миг в динамиках шлема раздался до боли знакомый, издевательский аккорд системной ошибки старой Windows. Вся голографическая проекция перед глазами мигнула и на пару секунд залила визор классическим «Синим экраном смерти» с белым шрифтом, лишая меня обзора.

— Старк, сука-а-а!.. — рявкнул я в синюю слепоту, пока многотонный штурмовой мех с рёвом репульсоров падал прямо на голову генералам.

POV: Третье лицо. Взгляд со стороны.(Представляю вам... Атлас)

Над открытой площадью Национального музея воздухоплавания и астронавтики повисла напряжённая, почти осязаемая тишина. Временная сцена, выстроенная Тони Старком с размахом голливудского блокбастера, заливала ряды кресел ярким белым светом.

Тони выдержал идеальную паузу, глядя куда-то поверх голов замершей прессы и хмурых военных чинов. Он медленно поднял микрофон.

— ...И раз уж мы заговорили про будущие технологии, безопасность и наше общее завтра... — интригующе протянул он, вскинув взгляд в ясное вашингтонское небо.

В следующую секунду небеса разорвал нарастающий, ни с чем не сравнимый гул. Это был не высокий свист классических репульсоров Старка, а тяжёлый, утробный рёв массивного разгонного блока, прошивающего атмосферу. Толпа в амфитеатре синхронно задрала головы. Часть журналистов инстинктивно пригнулась, закрывая камеры руками. Чиновники из Министерства обороны в первом ряду напряжённо вжались в спинки кресел.