Тяжёлый шлем опустился на голову, отсекая звуки внешнего мира. Визор вспыхнул прохладным синеватым светом, загружая минималистичный, прагматичный интерфейс Глаши.

И в этот момент сквозь статику на защищённой частоте пробился запыхавшийся голос старшего инженера бригады, отправленной в Малибу:

— Мистер Флетчер! Мы пробились к винному погребу и запитали внешний щиток. Резервные дизель-генераторы вышли на рабочую мощность!

— Идеально. Молодцы, ребята! — выдохнул я.

Следом в ушах раздался кристально чистый, знакомый британский голос. Серверы в бункере ожили.

— Мистер Макс. Локальные узлы связи в Малибу активны. Подземное хранилище Легиона функционирует в штатном режиме, — доложил Джарвис.

Я хищно оскалился под маской.

— Джарвис, поднимай Железный Легион и отправляй его по координатам в Майами на максимальной крейсерской скорости.

— Выполняю, сэр. Костюмы проходят процедуру запуска и направляются к цели.

— Системы жизнеобеспечения «Инквизитора» в норме. Ваш кустарный ремонт реактора стабилен, но гарантию длительной работы я не могу дать, — вклинился в канал холодный, бархатистый голос Глаши. — Аэродинамический коэффициент этого изделия не выдерживает никакой критики. Чтобы избежать фатального сопротивления воздуха, я проложила маршрут через нижние слои стратосферы. Разреженная среда компенсирует форму кирпича.

— Принято. Выводи на орбиту, — я развернулся и громыхающим шагом направился к выходу на террасу на прощание махнув Брюсу и Дане. — Маршевые двигатели на максимум. Погнали.

Я зажал триггеры тяги. Репульсоры на ботинках и встроенные в спину дополнительные ускорители не просто загудели — они взревели. Из-за того, что плата распределения энергии была варварски закорочена напрямую, из сопел вырвался не ровный голубой свет, а яростный, слепящий столб нестабильной белой плазмы.

Меня с чудовищной силой выстрелило в небеса. Несмотря на идеальную амортизацию и стимуляторы Брюса, стартовая перегрузка всё же ударила по груди, выбивая воздух из лёгких. Броню била мелкая, непрерывная дрожь от запредельной мощности неконтролируемого реактора. Мы пробили облака за считанные секунды, устремляясь в тёмную, разреженную синеву стратосферы.

Дорога на юг превратилась в сюрреалистичный полёт верхом на ракете. Инквизитор разрывал ночное небо, оставляя за собой широкий, пульсирующий плазменный след. Когда до побережья Флориды оставалось пол часа полёта, сквозь монотонный гул вибраций в шлеме прорезался голос Глаши:

— Создатель. Я перехватила зашифрованный видеопоток с резервных камер телеметрии костюма полковника Роудса. Думаю, этот фрагмент поднимет вам настроение. Вывожу картинку.