Выглядело это, признаюсь честно, чертовски внушительно в темноте. Настоящий шагающий дот. Внешние динамики тяжелого костюма ожили, разорвав тишину ночного Малибу разгневанным, искаженным электроникой голосом:

— Ты вообще нормальный?!

Я вздохнул, перевел селектор коробки в режим парковки и опустил стекло. Ночной бриз ворвался в салон.

— И тебе доброй ночи, Макс. Отличная парковка. Ты решил поработать швейцаром или выгуливаешь мою броню перед сном?

— Тони, мать твою, ты слил террористам домашний адрес! В прямом эфире! Национального телевидения! — голос Макса из динамиков «Игоря» буквально звенел от злости. Огромный костюм тяжело шагнул вперед, и бетон под его ногами ощутимо дрогнул. — Естественно я на взводе и даже достал самую крепкую броню ибо мало ли что случится после твоего спича!

— Я бросил им вызов. Это разные вещи, — отмахнулся я, хотя внутри всё еще неприятно скребло чувство вины. — Они тронули моего друга. Я должен был показать, что я их не боюсь. И вообще, где Пеппер? Ты оставил её одну в доме, пока играешь в костюме на улице?

— Пеппер спит, — резко осадил меня Макс, и тяжелая бронированная рука «Игоря» с лязгом опустилась на бедро костюма. — Она увидела твое выступление по новостям и у неё чуть истерика не случилась. Я заварил ей чай и влил туда убойную дозу снотворного и успокоительного. Она сейчас в глубокой отключке в гостевой спальне на нижнем уровне. И слава богу, потому что если бы она была в сознании, она бы сейчас стояла здесь вместо меня и била тебя по голове чем нибудь тяжелым, а я бы держал тебя вместо того чтобы разговаривать сейчас!

Я невольно сглотнул, чувствуя укол благодарности. Снотворное это было жестко, но абсолютно правильно. Пеппер и так натерпелась за последние месяцы. Ей не нужно было видеть меня в этом состоянии, не нужно было ждать атаки, вздрагивая от каждого шороха. Макс взял самую тяжелую часть работы с её нервами на себя.

— Ладно. Спасибо, — тихо произнес я, глядя на громоздкого железного голема. — Это... хорошее решение. А теперь давай уберем эту выставку достижений робототехники с улицы. Спускаемся в гараж.

Я поднял стекло и плавно нажал на педаль газа. Audi медленно, почти крадучись покатилась по бетонному пандусу, ведущему на подземные уровни. Краем глаза в зеркало заднего вида я наблюдал за Максом. «Игорь» тяжело, с гулким, ритмичным БУМ-БУМ-БУМ, топал следом за машиной. Каждое движение массивной брони сопровождалось шипением мощной гидравлики. Парень двигался в этом неповоротливом танке на удивление уверенно. Моя его гироскопические костыли работали довольно бодро для тяжелого костюма. Глядя на эту многотонную махину со стороны, я поймал себя на мысли, что этот русский эникейщик давно перестал быть просто забавным дополнением к моей мастерской. Он превратился в полноценную боевую единицу.