— Самоуверенный.
— Терпеливый.
— Это ты уже говорил.
— Два года ожидания дают право повторяться.
Стас исчезает в раздевалке, оставив меня одну посреди спортзала.
Я смотрю на закрытую дверь.
Потом на грушу, которую он избивал, чтобы не избить Матвея.
Очень зрелый подход. Главное — выбрать предмет без пульса и документов.
Телефон снова вибрирует.
Матвей:
«Добралась?»
Я сажусь на скамью и отвечаю:
«Да. Забрала блокнот».
«А на второй вопрос?»
Второй вопрос — субботнее свидание.
Можно отказаться. Сказать, что занята, придумать дела с проектом, сослаться на маму. Но Матвей мне приятен. Встреча прошла хорошо. Я действительно хочу понять, что чувствую рядом с нормальным мужчиной, который не фотографировал меня двести двадцать раз и не мечтает разбить лица всем потенциальным конкурентам.
«Повторим».
Сообщение прочитано сразу.
«В субботу в шесть?»
«Хорошо».
Дверь раздевалки открывается.
Стас выходит в чистой чёрной футболке и джинсах. Волосы мокрые после душа, в руке спортивная сумка.
Он смотрит на телефон в моих руках.
— Ответила?
— Да.
— Согласилась?
— Да.
Плечи становятся жёстче, но лицо остаётся спокойным.
— Хорошо.
— И всё?
— Ты опять хочешь, чтобы я начал?
— Я задала вопрос.
— Тогда отвечу. Мне хочется забрать твой телефон, написать Соколову, что ты уехала в монастырь, и запереть тебя в месте, адрес которого он никогда не найдёт.
Я медленно убираю телефон в сумку.
— Звучит обнадёживающе.
— Но я этого не сделаю.
— Уже лучше.
Стас подходит ближе и берёт с лавки куртку.
— Отвезу домой.
— Я доеду сама.
— На улице темно.
— Там ходят автобусы.
— Знаю.
Он не спорит. Просто надевает куртку.
Я жду.
— Что? — спрашивает он.
— Ты опять согласился.
— Да.
— Так быстро.
— Если хочешь, могу десять минут уговаривать, затем всё равно вызвать тебе такси.
— Не нужно.
— Тогда напиши, когда доберёшься.
Стас поднимает спортивную сумку и направляется к выходу.
— И всё? — снова спрашиваю я.
Он останавливается.
— Крошка, ты сегодня была на свидании с другим, приехала ко мне, держала за руку, обрабатывала ссадины и смотрела на мой рот. Я уже получил достаточно, чтобы не сорваться.
— Я смотрела на губу. Там порез.
— Конечно.
— И руку держала, потому что перевязывала.
— Разумеется.
— А приехала за блокнотом.
Стас поворачивается.
Голубые глаза блестят насмешливо.
— Продолжай. Ещё немного — и сама поверишь.
Я прохожу мимо него.
— Спокойной ночи.
— Спокойной, крошка.
У самого выхода он всё-таки придерживает передо мной дверь.
Когда я оборачиваюсь, Стас стоит в тёмном коридоре и смотрит, пока я не поднимаюсь по лестнице.
Утром его нет на первой паре.
На второй тоже.