– Не так чтобы часто, но сегодня в садике у дочери день бенто [53] , а на себя и мужа приготовить я уже не успела.

– О, вы готовите бенто?

– Только изредка, и мне совсем не в тягость. Дочке четыре года, через пару лет в школу пойдет – так я хотя бы до этого на кухне покручусь. Правда, я уже махнула рукой на бенто с изыском – в основном, собираю что попроще: рис, маринованная слива, тамагояки [54] , какие-нибудь остатки с обеда, любые овощи, вот и готово.

– Все равно здорово!

Мидзусима заказала таниндон [55] и вернулась к разговору.

– По сравнению с работой в еженедельнике у меня сейчас прорва свободного времени. И домой я вовремя возвращаюсь. Каких-то внезапных дел и срочной работы практически нет, поэтому на душе спокойно, и это самое ценное. А у тебя как дела? Есть какие-нибудь крупные расследования?

Обычно отдел продаж считается лицом компании, но в «Сюмэй» было немного по-другому. Отдел продаж был местом ссылки. Очень многие переходили туда после вынужденного перерыва в работе из-за рождения ребенка или долгого больничного. По правде говоря, когда Рика узнала о том, что у Мидзусимы не получилось совмещать воспитание ребенка с работой в еженедельнике, это ее ужасно расстроило. Собственное будущее начало казаться туманным. К тому же она ощущала себя беспомощной из-за того, что, хотя и была рядом с коллегой, но все равно никак не смогла поддержать ее и помочь.

С кухни тянуло сладковатым ароматом таниндона. Рика сказала, понизив голос:

– Я должна была взять интервью у матери погибшего в Синономэ мальчика, но она мне отказала.

Мать ученика средней школы, которого приятели избили до смерти, столкнулась с общественным осуждением. Она воспитывала сына одна, при этом совмещала сразу две работы, так что проводила с ребенком мало времени и не заметила происходящих в нем изменений. Мальчик познакомился с дурной компанией, когда пошел в комбини купить что-нибудь на ужин, – те сами окликнули его и постепенно втянули в свои дела. В СМИ писали об этом как о «трагедии детей, предоставленных самим себе». Подтекст такой: не пошел бы он в комбини – а он туда отправился, потому что дома никто его не кормил, – ничего бы и не случилось. Журналисты «Сюмэй» тоже не остались в стороне: от открытой критики и комментариев они воздержались, но опубликовали статью с советами о том, как работающим матерям организовать режим питания в семьях. Рика, которая собирала материал для статьи, открыто протестовала против подачи в таком ключе, но редакторы к ней не прислушались. Еженедельник только-только вышел из печати, и идти после этого к матери погибшего мальчика за интервью, честно говоря, ужасно не хотелось. У Рики до сих пор в ушах стоял тихий, обессиленный голос, твердящий в домофон: «Прошу прощения. Простите за доставленные неудобства. Это все моя вина».