– Чем дольше мы разговаривали с Манако, тем больше мне казалось, что я сама во всем виновата. Ничего такого ведь не случилось бы, не увяжись я за тем мужчиной. До сих пор я никому не рассказывала об этом. Ни родителям, ни учителям, ни одноклассникам.
На губах Анны мелькнула неловкая улыбка.
– Именно тогда сестра пристрастилась стоять у плиты. Она собирала обеды, пекла сладости для того мужчины. Говорила, что ей радостно видеть, как он понемногу оживает и встает на ноги благодаря ее стряпне. Манако не рассказывала мне о том, чем этот человек занимается и где живет, – только упоминала, что он одинок и истосковался по вкусной, приготовленной с любовью домашней еде.
«Странная дружба соучастников преступления родилась на этих холодных заснеженных просторах», – подумала Рика.
– Скорее всего, тому человеку не нравились взрослые женщины. А Манако в свои семнадцать выглядела совсем созревшей и женственной, так что вряд ли между ними что-то было. Манако очень прилежная и ответственная. Она взяла на себя мои грехи и искренне пыталась помочь тому мужчине. Может, он и в Токио с ней уехал. Точно! Наверняка это он убил всех ее поклонников из ревности. Сошел с ума после того, как я его ударила по голове. Это я, я во всем виновата…
Анна разрыдалась в голос.
– А ну, перестань плакать, – неожиданно раздался за спиной голос Мадзако. В какой-то момент она оказалась совсем рядом – прямо за ними.
А ведь если присмотреться, они с Манако очень похожи. Большие, непроницаемые темные глаза, объемная грудь и давящая аура… На мгновение Рике показалось, что стебли комнатных растений удлинились и тянутся к ней, подступая все ближе. Она поймала пустой взгляд блестящих глазок одной из мягких игрушек. Солнце, оказывается, уже скрылось за горизонтом, и комната погрузилась в полумрак.
– Только посмотри на себя. Как не стыдно раскисать перед гостями! И нечего вспоминать былое, что было – то прошло. Чего теперь об этом думать.
Неожиданно Рика забеспокоилась о погоде за окном. Смогут ли они вернуться в Ниигату по метели? Или на этот раз действительно придется ночевать здесь?
Запястье начало зудеть. Рика опустила взгляд и обнаружила на руке несколько красноватых припухлостей – в точности как у Рэйко.
Над платформой раскинулось бездонное вечернее небо. Прозрачный холодный воздух полнился звуками вокзала: шум поездов, объявления диспетчера, болтовня пассажиров и провожающих… При виде звезд над головой даже не верилось, что вчера бушевала метель. Рика начала привыкать к местному холоду. Ей уже сложно было представить, что завтра она будет работать в сонливо-теплом офисе с таким сухим воздухом, что кожа шелушится.