Человек поднял на меня глаза и спокойно сказал:

— Садись, Хранитель, поговорим. Я знал, что ты придёшь.

— Какой такой хранитель? Откуда ты знаешь язык имперцев?

— Хммм…ну как мне не знать язык имперцев — за те пятьсот лет, что я живу, уж наверное я выучу язык Империи. Какой хранитель? А какие ещё Хранители бывают? Хранители Семени, конечно.

— Какого такого семени? — вытаращился я на человека, в глубине души понимая, что скоро получу разгадку всем странным событиям, происходившим со мной последнее время — пятьсот лет? Ты утверждаешь, что живёшь пятьсот лет⁈ Да я бы тебе на вид дал не более двадцати пяти — тридцати!

— Все Хранители выглядят так. Все мы пребываем в расцвете сил, пока не придёт момент, и мы не поймём — время пришло. А пока не пришло — наслаждайся жизнью, пользуйся всем, что дарует тебе благословенное Семя.

— Послушай, уважаемый, я не знаю, как тебя зовут — я из другого мира, ничего не знаю об этом мире, не знаю никаких семян, хранителей, если ты, как сказал мне провожатый — друг, расскажи, что происходит. Расскажи обо всем, что я должен знать об этом мире и о Хранителях в частности.

Почему-то мне кажется — что это всё не понравится тихому манагеру… — это я уже пробормотал себе под нос, сосредоточенно обдумывая сказанное собеседником. В голову лезло всякое, самое фантастичное — лучше будет выслушать его до конца и уже потом это всё обдумать.

— Да, я вижу — ты странный человек. Рост у тебя, как у нас, акомов, но ты шире в плечах и массивнее чем мы, кожа твоя бела — это видно сразу. Так как же ты оказался Хранителем? Ведь это очень, очень непросто! Вижу — ты не понимаешь. Хорошо, тогда я тебе расскажу…

— Расскажи, пожалуйста — представь, что перед тобой ребёнок, которому ты в первый раз что-то объясняешь, постарайся доступно для его незрелого ума всё разъяснить.

— Незрелого ума? — усмехнулся человек — хорошо сказал. Имперцы считают как раз наоборот — их ум зрелый, а вот мы совершеннейшие придурки. Только вот никак не могут нас найти в джунглях и сделать рабами, хотя мы и ходим чуть не у них по ногам. Эти мерзавцы портят наш лес, уничтожают деревья…если мы их не убиваем, это не потому, что не можем — просто не хотим излишнего кровопролития. Ну да ладно, речь не о том. Значит, ты девственно чист, как маленький ребёнок и жаждешь знаний?

Я усиленно закивал головой — жажду, жажду! Ох, как жажду!

— Ну, тогда слушай: в нашем мире есть особые деревья. Наши предания говорят, что это и не совсем деревья, а души наших предков, вселившиеся в них, и даже не души, а сами предки, только ставшие этими деревьями. Деревья эти огромная редкость — я в своей жизни видел только два — одно из них то, Семя которого сейчас находится во мне.