Им с детства вбивалось в голову и хозяевами, и родителями, что надо угождать хозяину, что все его желания, даже самые глупые и странные — выше их желаний, что он как бог — может сделать с ними что ему хочется, и это точно будет угодно богам. Ведь в следующей жизни тогда они могут родиться хозяевами рабов!

Ну что я мог сделать против такой религии и такой философии? Просто не обращать внимания и вести себя так, как будто всё в порядке и это обычные дети-сироты. Кстати — они по большому счету не знали, где их родители. Вообще-то — еще сложнее: они не знали кто их отцы. Кто матери — они знали отлично, а вот отца не знали совсем, вернее, отцов… Рабынь предоставляли для утех тем рабам, которые заслужили право на секс хорошей работой и хорошим поведением. Да и размножать рабов как-то надо! Так что — ничего нового, если вспомнить «случные лагеря».

В общем — у нас на корабле открылся филиал начальной школы, где все учили и учились. Эти две недели я намеревался использовать наилучшим образом.

С третьего дня путешествия у нас уже и пошёл чёткий, заведённый график — днём обучение, вечером разговоры с Рилой о жизни. Дни текли как по накатанной — погода нас радовала, дул постоянный ветер средней силы, раздувающий паруса и вспенивающий волны. Никаких неприятных ощущений, только радость и удовольствие.

Мне нравилось путешествие — давно не был в такой безопасности. Здесь не нужно было куда-то бежать и кого-то убивать — валяйся, спи, занимайся любовью, учись — нормальная жизнь, что-то вроде студенческой сессии.

Команда нас не беспокоила — матросы с нами почти не общались, я имею в виду с Рилой и со мной, а ребята почти сразу стали им своими — смеялись, шутили, о чём-то с ними разговаривали.

Я даже немножко позавидовал — мы-то для простых матросов были чем-то средним между богами и демонами — знаменитый акома и его женщина. Видимо, всё-таки кто-то доложил им о моих приключениях и о том, как нас провожал Саркол. Так что нас они просто боялись — хотя я и видел, какими взглядами они осматривали попку и грудь моей подруги.

Уже поздним вечером, перед сном, я старался уделить время общению с Семенем — как учил Варган, входил в транс и обращался к моему «напарнику», пытался слиться с ним, почувствовать его, и с каждым днём ощущал, что наша связь с ним прочно укрепляется.

Иногда случалось такое, что на меня накатывала волна запахов, ощущений, каких-то чужих переживаний, картинок, которые я никогда в своей жизни не видел. И это было настолько странно, настолько непонятно — что я даже начал волноваться — не схожу ли с ума?