— Вы знаете, стало сильно легче, слез без боли с ложа и так же смог одеться, — теперь мужчина говорит со мной сильно уважительно. — Давно уже у меня так не получалось, даже раздеться Саша помог, а теперь я все сам сделал.

— Как обещал, — коротко отвечаю я.

— Когда к вам можно будет снова попасть? И примите от меня сувенир — отличный коньяк из Армении, для тех, кто в этом понимает, — протягивает мне подарочный набор.

— Благодарю за подарок. Возьмите бутылочку пива, здесь оно просто отличное, — протягиваю я ему «Жигулевское», забирая коробку с коньяком. — Гораздо лучше бельгийского баночного!

Не удержался я от того, чтобы не подколоть заместителя директора по хозяйственной части насчет пива.

— А встретиться можно уже завтра, в это же время, — подумав, отвечаю я. — По деньгам будет четыре сеанса по четыреста рублей. У вас только грыжи сильно критичны, остальное почти в нормальном состоянии.

Прямо, как настоящий доктор с рентгеновскими снимками, провозглашаю диагноз. Впрочем, я его помню до сих пор.

Владлен Викторович тут же выдает мне четыре сотни, хотя я сразу предложил перенести выплату на завтра, когда он полностью убедится в улучшении своего самочувствия.

— Нет-нет! Я уже чувствую себя гораздо лучше, — торопится он заинтересовать меня, и я его понимаю.

Радость здорового тела не спутаешь ни с чем другим, когда можно без проблем одеться, встать с того же неудобного стола, присесть рядом со мной на скамеечку и радоваться жизни.

Когда он уезжает, Сашу я нахожу в бане, он договорился все оставить на завтра в комнатенке, как сейчас есть.

— Правильно сделал, нормальное место для такой простой бани. Держи свою долю, — и я выдаю приятелю сотню.

Пусть порадуется тому, что помог нужному человеку, и еще заработает нормально, две трети своей месячной официальной зарплаты. Сколько Саша еще делает неофициально — думаю, очень немало со своей энергией и обаянием.

— Телевизор могут завтра привезти, говори адрес, — вспоминает Саша.

Черт, точный адрес я и позабыл за прошедшее время, поэтому предлагаю подвезти меня до дома Софико на его модной шестерке.

Саша, конечно, соглашается, ему мое место жительства также знать теперь необходимо. Особенно после произошедшего у него на глазах чуда исцеления и всех остальных фокусов, которые я ему показал.

Вскоре я оказываюсь в доме Софико, Саша уезжает на своей шестерке сразу же, как только запоминает номер дома.

Наверняка, понесся к дяде Тенгизу рассказывать про то, как прошло лечение Владлена Викторовича.

И что я, похоже, могу очень много такого, что ни в сказке сказать, ни пером описать.