— Пожалуйста, дор Стуков. — я открыл затвор винтовки и протянул оружие капитану. — Попробуйте попасть теперь.

Стуков посмотрел на меня слегка недоверчиво, но винтовку взял, зарядил в нее протянутый адмиралом патрон, вскинул оружие к плечу, несколько секунд целился, и выстрелил.

Пуля попала всего на сантиметр ниже моей предыдущей пробоины.

— Так… — задумчиво сказал Стуков, опуская винтовку.

— С базовым прицелом желаете попробовать? — невинно поинтересовался я, на что Стуков помотал головой:

— Нет, курсант, не желаю. Я и так знаю, что будет.

И эта фраза будто сорвала какой-то стоп-кран. Преподаватели тут же начали шушукаться и шептаться, глядя на меня со странной смесью восхищения и подозрительности, а сам Стуков с большим интересом вертел в руках винтовку, изучая непривычное ноу-хау.

— И как конкретно это работает? Что и как надо двигать, чтобы привести пулю в цель?

— Цель к пуле, скорее. — улыбнулся я. — Крутить вот это и вот это, а что насчет «как»… Пока что ответа на этот вопрос у меня нет. Это все лишь самый первый прототип, причем довольно грубый, исключительно чтобы показать саму по себе технологию. Заводские версии, конечно, должны иметь более завершенный вид, и комплектоваться таблицами, которые будут показывать, что и как крутить.

— Ну да, логично, логично… — пробормотал Стуков, не переставая вертеть винтовку в руках. — И как мы сами до этого не додумались? Решение же лежало на поверхности!

На самом деле, конечно, им банально не хватило времени. Думаю, буквально какой-то год — и они бы тоже додумались изобрести регулируемые прицельные. Впрочем, в этом мире огнестрельное оружие не настолько развито и распространено, как в моем, в силу того, что здесь суша это довольно редкое явление, а основная движуха происходит на море… Так что, может, и не додумались бы — кто знает?

— А вот это все… — Август ван Синдер непонятно покрутил рукой. — Оно вообще для чего? Ну то есть, да, это звучит многообещающе, но… для чего? Какой от этого толк? Это же усложнение и удорожение конструкции!

— Август… — укоризненно протянул адмирал, но я поднял руку, останавливая его:

— Ничего-ничего, я отвечу. В конце концов, вопрос действительно резонный, и он может возникнуть, а значит скорее всего возникнет, не только у дора ван Сингера. Так вот, касаемо смысла всех этих переделок — он есть. И он заключается сразу в нескольких аспектах. Во-первых, это упрощает для стрелка работу с оружием, поскольку приучает его, что куда он целится — туда и попадает. В сложной ситуации, а бой это чаще всего сложная ситуация, стрелок легко может забыть о том, что ему нужно делать поправку на капризы своего оружия, а если и не забудет — может ошибиться в этой поправке. А если например он не видит цель как таковую, а стреляет просто по указанию командира на дистанцию и по ориентирам — он даже в теории не сможет взять нужную поправку.