— Ты умерла, — поправил Тигр. — И вернулась. Я понял…

— Вот. А что будет в следующий раз — и кто вернется вместо меня? — Яна пожала плечами. — Не знаю. Богини непредсказуемы.

Тигра передернуло.

— Не хотелось бы с ней столкнуться.

— Это будет после смерти. И советую не бояться. Хелла хорошая. Только немножко богиня. Тогда… в Зараево, нас убивали, ты правильно все понял. И нас убили. А Хелла помогла мне. Она меня вернула, она предложила с ней расплатиться… и я свой счет оплатила. Надеюсь. Что она потребует в следующий раз и кого заберет, я не знаю. И выяснять не хотелось бы.

Тигру тоже не хотелось.

— Я могу как-то сказать ей спасибо?

— Я скажу, — кивнула Яна. — За двоих. Пойдем спать?

Тигр приподнял бровь, но женщина качнула головой.

— Сегодня — спать. Вот завтра, если захочешь, можем проснуться пораньше. А сейчас я устала и ни на что не годна.

— Ладно, — фыркнул Тигр, поднимаясь из кресла и протягивая руку невесте. — Не буду тебе доказывать обратное. Пойдем спать, солнышко мое императорское. А о наследниках все же подумай.

— Вместе подумаем, — махнула рукой Яна. — Обещаю.

Вложила свою ладонь в пальцы жениха, и отправилась спать.

Действительно, надо бы завтра попробовать проснуться пораньше. А сегодня — отдыхать! Ее не каждый день убивают.

Безвременье.

Хелла смотрела на несколько душ, стоящих перед ней.

Улыбалась.

Да так, что каннибалы, увидев эту улыбку, заплакали бы горькими слезами, и отправились перекрещиваться в миссионеры-вегетарианцы.

Души недержанием не страдали, так что полы в ледяных чертогах оставались чистыми. Пока…

Хелла поманила к себе жома Пламенного.

— Властолюбие в чистом виде. Мстительность, жестокость, расчетливость… хм. Будь ты женщиной, цены бы тебе не было.

Пламенного затрясло.

Хелла ухмыльнулась еще кровожаднее.

— Вот этим и займемся. Пары перерождений тебе хватит. В первом постоишь деревом, наберешься мудрости. Во втором зайчиком побегаешь, почувствуешь свою беспомощность и уязвимость. А там, глядишь, и в женское тело можно. И память я тебе оставлю. И в первом и во втором перерождении. Все помнить будешь.

Душа попыталась что-то сказать, взмолиться, но было безнадежно поздно. Хелла занялась остальными.

Никон с визгом и треском улетел в крестьянскую водовозную клячу.

Свобода, говоришь?

Анархия?

Вот, свобода одного начинается там, где заканчивается свобода другого.

С остальными павшими Хелла разобралась столь же безжалостно. Хороший, конечно, материал. Жаль, Яна больше не пришлет… ну да ничего! Скоро у нее сын появится, вырастет, а там и по Русине храмы Хеллы поставят, в этом богиня не сомневалась.