Вот теперь закачали головами все. Понятно, императрица — не лошадь. Не потянет. Да и лошадь бы от такой работы сдохла.

— Поэтому мне нужен супруг. Я уж молчу о том, что династия Вороновых отреклась. Что мой отец снял с себя ответственность. Что лучшим вариантом будет появление наследника, да, с кровью Вороновых, но другой династии.

И снова кивки.

— А теперь предлагаю подумать. С моим браком надо определиться здесь и сейчас. Поговорите, подумайте, я вас оставлю… на час? Этого будет достаточно? Потом мы обсудим ваше решение, и подумаем, как все это осуществить.

Яна мило улыбнулась и сошла с кафедры.

Под внимательными взглядами прошла через весь зал, вышла и плотно закрыла за собой дверь.

И опрометью рванула в соседнюю комнату.

Подсматривать и подслушивать.

Содом и Гоморра?

Абзац и аврал?

Пожар в бардаке во время потопа?

Яна могла бы подобрать множество эпитетов, но разве они отразят всю красоту происходящего? Когда стоит такой визг, что стадо обезьян повесилось бы от зависти на пальме.

Когда торы и жомы, разгорячившись, чуть не за грудки хватают оппонентов.

Когда кому-то подбили глаз…

Какая прелесть! Посмотреть приятно! Яна и смотрела, и наслаждалась. Правда, вот результата не увидела.

Спокойными в этом бардаке остались трое человек, которые предусмотрительно отошли в сторону. Еще и трибуной отгородились.

Валежный, Изюмский и Митя. Ее совещательный комитет. Остальные тут так, для мебели, чтобы подтвердить их решение. Какое?

А вот пусть повизжат, подерутся, потом и скажем. Когда запал пройдет.

Яна едва не пропустила тот самый час. Любовалась. Что забавно, до совещательных действий никто еще и не дошел. Так что… совесть ее была спокойна.

Она своим решением сэкономит людям миллионы нервных клеток.

Яна одернула простой армейский мундир — и направилась обратно в зал.

Встретили ее неласковыми взглядами, потом сообразили — и принялись расцепляться. Кто-то поправлял изрядно поредевшую бороду, кто-то убирал в карман выбитый зуб (сувенир, однако), кто-то искал оторванный рукав…

Яна прошагала к трибуне.

— Торы, жомы, я готова выслушать ваши предложения.

В том-то и беда, что предложений не было. Или…?

Вперед шагнул тот купец, с которым Яна уже общалась.

— Ваше императорское величество, нет у нас конкретных имен. Но полагаю, они есть у вас?

— Есть, — кивнула Яна. — Одно имя. Это не тор, это человек самого простого происхождения. Который сам всего добился, сам себя сделал… сейчас он находится в рядах освобожденцев.

Имя она благоразумно не называла. Это как смертный приговор подписать — ни один Тигр тысячу крыс не загрызет.