— Тор? — купец искренне удивился.

Яна склонила голову.

— Понимаю ваше удивление, жом…

— Ильинские мы.

— Понимаю ваше удивление, жом Ильинский. Я должна бы выбрать себе кого-то… вроде Аделины Шеллес-Альденской, только в штанах?

По залу плеснуло смешком. Мужчины успокаивались.

Яна покачала головой.

— Я так поступить не могу. Мне безразличны внешность и происхождение, мне даже возраст неважен. Важно, что этот человек должен подарить Русине наследника. В остальном же… Я осознаю, что мужчина рядом со мной будет обречен на каторжную работу. На восстановление разрушенного. На добивание шаек и банд, на бессонные ночи и расстрельные списки, на подлость и грязь. Человек, которого я выбрала, справится с этим. Но сейчас он в Звенигороде. И назвать его имя я не могу.

— А зачем тогда… вот это? Государыня?

Яна улыбнулась.

— Потому что я выступаю в поход. Все документы и бумаги я оставлю на руках у Антона Андреевича. Второй экземпляр останется здесь, в городе, у человека, которому доверяю не только я. Все мы смертны и на войне может случиться разное. В крайнем случае, я хочу, чтобы именно этот человек унаследовал трон.

— Осведомлен ли о вашем выборе тор Валежный? — с подковыркой поинтересовался один из торов.

Остальные присутствующие как-то помалкивали, понимая, что ничего не решат. А этого, видимо, занесло. Ну, понять можно. Дворянин — и подчиняться быдлу?

Как же!

Валежный шагнул вперед.

— Осведомлен. Я… мне не нравится этот человек, но я его одобряю. И поддержу.

— Вроде как Пламенный женат? — так же поинтересовался тор.

— Возможно, — пожала плечами Яна. — Что вы хотите от меня узнать, тор? Я его брак в церковную книгу не записывала.

Тор чуточку смутился.

— Ваше императорское величество, и все же… освобожденцы виновны в гибели вашей семьи.

Яна качнула головой.

— Освобожденцы — следствие. Не причина, тор. В гибели моей семьи виновен мой отец. Виновен своей безвольностью, легкомыслием, потаканием своим желаниям… вот он и убил мою семью. Так же верно, как если бы стрелял сам. Освобожденцы… не было бы Пламенного, был бы кто-то другой. Есть воспаление — будет и гной. Но первично все равно воспаление.

Тор аж задохнулся от такой откровенности.

— Вы… этими словами вы предаете вашего отца!

Яна даже отвечать не стала. Словами.

Конечно, она не ковбой Мальборо, ну так она круче! Засунь ковбоя в Сибирь — он там в два дня загнется! Так что пуля свистнула рядом с ухом нахала. Даже обожгла.

— Я — женщина. И не могу за эти слова вызвать вас на дуэль. Поэтому просто пристрелю, — ласково пообещала Яна.

Тор покраснел, потом оглянулся — и побелел. Женщина с интересом наблюдала за его метаморфозами.