— Как же так, Светка? Как же так…
Нарушать мертвую неприкосновенность двора не хотелось. Я развернула чистое кухонное полотенце, повязала его на круглый столбик калитки, сверху положила пару блинчиков. Постояла в нерешительности. Нужно было что-то сказать — но что? Прощаться всегда тяжело, прощаться с ушедшими — вдвойне тяжелее.
Чуть в стороне, на ограде, кулем висел грязный мешок. Я присмотрелась: да это же мой рюкзак! Должно быть, последний привет от Светки.
— Спасибо, и светлая тебе память, подруга.
Битву за уменьшение числа огурцов, молодых кабачков и зелени я, как всегда, проиграла. Хорошо хоть, черед банок с малосольными огурцами и вареньем наступит позже.
С трудом протиснувшись в автобус до вокзала, я заняла пятачок пространства в хвосте, чтобы не мешаться в проходе. Народ в воскресный день всегда устремлялся в город: кто на рынок, кто, как я, на межгород. Стайка подростков, шумно гомонящая рядом, видимо, ехала до Гавриловки — купаться. За ними стояла девушка, рыжие волосы собраны в хвост, и одета, несмотря на жару, в черный брючный костюм.
Я всмотрелась, ища знакомые черты. Вроде похожа: крупный нос, круглое лицо…
На выезде из деревни девушка протиснулась к выходу, мы оказались рядом.
— Наташа, ты?
Рыжая повернулась. В зеленых глазах, кажется, мелькнула тень узнавания.
— Я Аня, помнишь? — заторопилась я, чувствуя, как автобус притормаживает. — Антоху на днях видела, все на рыбалку зазывал. Ты, значит, брата навещала?
Она прищурилась, вместо улыбки — опущенные углы губ.
— Издеваетесь? — зло бросила она, почти с ненавистью. — Антон год как умер: утонул.
Дверь тяжело, со скрежетом распахнулась. Наташа выскочила на улицу, утерла глаза и почти бегом устремилась по улице. Рыжий хвост заметался в такт движениям.
Автобус с утробным гулом заползал на очередной подъем. С макушки холма ненадолго открылся вид на игрушечные избушки деревни, затем мы спустились к Гавриловке, проехали мимо поворота к карьеру.
— До свидания, Неверленд! — шепнула я всему, что оставалось за спиной, и отвернулась от окна.
Мария Аксенова. Сердце дома
Солнечные лучи лениво скатывались по шумливой гладкой листве пышных сиреней, заигрывали с ветерком, спрыгивали на кривой заборчик между палисадником и уютным двориком, ползли к широкому крыльцу. Суетливые птахи, давно свившие кривое гнездо под козырьком веранды, просыпались, выглядывали, щебетали всё громче. Готовились встречать новый день. Кружевная старенькая штора пошевелилась, и из маленького окошечка кухни показалась рыжая кошачья морда. Кот сощурился, оглядел дворик и спрыгнул на собачью будку, стоявшую под окном. Кудрявый песик выглянул, чихнул и, повернувшись к коту задом, снова улегся. Кот сановитой походкой направился к крыльцу.