— Знать бы еще, что мы ищем… Ты не вспомнила?

Светка отрицательно мотнула головой.

— Ну, последний рывок, — вздохнула я.

Ноги слегка гудели от усталости, но мне нравилось это ощущение работы тела.

Местность внезапно изменилась: холмы остались позади, вдоль дороги поднялась трава, а впереди замаячил лесок. Красные бока отвалов больше не были видны. Жар спадал, солнце уже не давило на плечи, но еще кипятило спину.

В траве щебетали мелкие птички, и в целом было хорошо. Тревожила только мысль-заноза: а туда ли мы идем?

Дорога сделала петлю, повела немного вверх, к кустам. Я вертела головой, пытаясь понять, куда нас занесло. «Вот поднимемся на пригорок, и если отвалы не появятся, то поворачиваем назад», — решила я.

— Змея! — вдруг взвизгнула Светка.

Я бросила взгляд под ноги — под занесенным для шага кроссовком струилась серо-черная лента — и отскочила, едва не налетев на Светку.

Змея была мелкая, и ей, кажется, не было до нас дела: юркнула в траву — и нет ее.

— Твою ж налево! Никогда тут змей не встречала. — Я внимательно огляделась, словно ждала, что сейчас наползут со всех сторон. — Знать бы еще, где это — здесь. Может, назад?

Не слушая меня, Светка рванула на холм и скрылась в кустарнике.

— Э-эй! Ты куда-а?!

Тишина.

— Све-е-т-ка-а-а!

— Сюда! — отозвалась она.

Я устремилась на голос и чуть не влетела в каменную глыбу, прятавшуюся за кучерявыми кустами. Здесь тропинка сужалась, вспучивалась мелкими камнями и ныряла за глыбу. Осторожно ступая, я поднималась, придерживаясь за влажный и словно масляный камень. Впереди показалась Светкина голова с белым пучком на макушке. Над ней нависала, вырастая из леса, груда камней. Огромный столб.

— Это красные ворота! — шепнула Светка.

— Ворота куда?

— Сейчас посмотрим.

Каменных столбов оказалось два. Тесно прижавшиеся друг к другу, они разделялись расщелиной, не слишком узкой — человек спокойно пройдет. Точнее, пролезет по заваленной обломками скалы тропинке.

Светка была уже внутри, бойко перескакивала по камням. Я полезла следом: скакать не рискнула, ноги коротки. На самом большом булыжнике я остановилась и посмотрела вверх. Меж огромными камнями виднелось небо. Стояла глухая тишина, даже птиц не слышно.

— Ого-о, — восторженно протянула Светка с той стороны. Звучало многообещающе, так что пришлось карабкаться дальше.

— Ого! — невольно повторила я, когда преодолела последнее препятствие и оторвала взгляд от камней.

Под нами был крутой, поросший кустарником склон, заканчивающийся осыпью. А ниже, в красно-оранжевой чаше отвалов, покоилось лазурно-зеленое око карьера.