— У тебя там… — начала она, но подруга заговорила с ней одновременно:

— Да бли-ин! Досиделась! — Она встала, расправляя подол. — Пора мне, Настюх. Дочка проснулась, есть хочет. Да и светло уже, надо до восхода успеть свалить. Спасибо тебе за чай, за пирог, за все! Давай обнимемся!

— Да погоди, дай провожу, — Настя тоже встала. Левая рука нервно теребила бусины сквозь шершавую ткань.

В темных сенях она приотстала, распустила завязки у горловины мешочка. Юлька уже спускалась по ступенькам, которые под ее ногами не издавали ни звука.

— Ой, у вас теперь клумба тут?

— Ага. Дядь Леша не хочет новую беседку, говорит, лучше веранду пристроит. Так что мама тут пионы посадила, но что-то они сохнут, не хотят, наверное, на пепелище расти, — Настя нервно хихикнула.

— Щас мы их уговорим! — Юлька легко спрыгнула с крыльца.

Белой тенью склоняясь над каждым кустиком, она осторожно гладила листья и что-то то ли шептала, то ли напевала. Настя следила за ней, кусая губы. Так все удачно сложилось, просто идеально, даже мечтать было нельзя. Теперь главное — не выдать волнения.

— Ну вот. Теперь должны пойти. Земля хорошая, золы много! Маме с дядь Лешей привет передавай…

— Юль, подожди, — Настя вытащила из кармана мешочек. В нем тихо брякнуло. — Я еще забыла тебе отдать, я тут занялась, ну, в свободное время украшения собираю из натуральных камней. Не знаю, понравится или нет, ты малахит же всегда любила…

Юлька подошла ближе, с любопытством следя за руками подруги. В наклоне ее головы Насте почудилось что-то не вполне человеческое, как будто свет понемногу бледнеющего неба смывал с Юльки все, что она в ней знала и любила, оставляя совершенно чужое существо.

Настя моргнула и снова затараторила:

— Увидела эти бусины и сразу про тебя подумала. Купила, домой прибежала и села делать. Думаю, вот увидимся наконец, и подарю. Смотри, прямо к глазам… — Она расправила бусы на руках и поднесла к Юлькиному лицу. — Давай примерю тебе?

Юля мягко перехватила ее руки.

— Очень красивые, Насть, спасибо. Волосы-то до покраски вплела? Вроде синеньким не блестит.

Выражение ее лица вдруг показалось Насте очень взрослым, почти как у мамы.

— Юль… — пробормотала она, моргая, — я просто…

— Понимаю, — вздохнула Юлька. — Давай сюда свои бусы…

Она потянула их к себе, и Настя безвольно разжала пальцы. Юлька ловко перекусила шнурок и ссыпала малахитовые шарики в ладонь.

— Как ягодки, да? — Она улыбнулась. — Дома соберу, буду носить! А шнурок возьми, пригодится. Себе на нем что-нибудь собери или, кстати, Максу своему. Хорошая штука будет, мощная.