Она выпорхнула из-под тени леса прямо к крутому каменистому берегу. Не глядя, не задумываясь, пронеслась к пологому склону, сбежала вниз и замерла у блестящей на солнце воды. Река пела, подмигивала и стремилась к каким-то далеким неизведанным землям.
— Капитан Храброе Сердце к погружению готов! — крикнула Аня и с веселым визгом побежала в воду. Сверкающие брызги полетели в лицо, но она поднимала ноги все выше, вспенивая воду. — Ой, нет, команда, нас ждет опасный водоворот! — Она закрутилась на месте, заплескалась и… свалилась в реку. Локти больно царапнули мшистые камни. Она села, по пояс погрузившись в воду, и горестно произнесла: — Корабль потерпел крушение, и вся команда попала в пасть жуткому чудовищу.
Река забурлила в ответ, словно то самое чудовище, и Аня поспешила выбраться на берег. Тут, конечно, одни мальки плавают, но кто его знает… Вода быстро стекала с ее волос, одежда неприятно облепила тело, но Аня была довольна. Она села на теплые камни и огляделась. Давно, давно она так не бегала и… Подождите-ка, разве давно? Только вчера с соседскими мальчишками купались. Или это было не вчера? Неприятный озноб пробрался под кожу, и девочка поежилась. Теперь ей показалось, что и лес, и река стали каким-то другими. Большими, даже огромными. Деревья высятся как великаны, река широкая, даже Витька Степанов с мальчишками на плоте не переплыл бы. А сейчас-то речушка измельчала, и по пояс не зайдешь…
Она тряхнула головой — и мокрые пряди больно хлестнули по щекам. Как это измельчала? Вот же она, широкая, разливистая, живая. И что это с ней сегодня такое? Все тот странный сон, не иначе. Она уже собиралась уходить, дел-то невпроворот — и цыплят проверить, и морковку прополоть, и с Машкой землянику в лесу поискать, — как в отражении вдруг что-то мелькнуло. Она удивленно приподняла брови, подошла ближе к воде и посмотрела на тот берег. Все как обычно: высокие сосны, поросший бурьяном холм, мрачная вуаль теней между шершавыми стволами. Вот только отражение… Отражение в воде было совсем другим.
В мутноватой, стального цвета воде расплывались пятнами дома. С безмолвным лаем скакала — по ровному, а не крутому берегу! — большая собака, а рядом шел мальчишка. Аня так и замерла, ошалело хлопая большими глазами. Мальчишка был весь какой-то оборванный, лохматый, ну прямо Гекльберри Финн, он не глядя шагал вперед, уткнувшись глазами во что-то квадратное и плоское. Ане даже показалось, что это телефон, но таких она сроду не видела. Вот у мамы с папой были крутые — тяжелые, как кирпичики, с забавной змейкой, в которую можно играть часами.