Я же в данный момент ждал в засаде воинов противника и, чтобы отвлечься от чешущегося плеча, размышлял о том, не перегнул ли я палку с тэнами. От Эфрима и остальных ополченцев мне было известно, что у них в армии дисциплину насаждали жесточайшим образом, петровские офицеры, выписывающие солдатам шпицрутены, нервно курят в сторонке. Но распространялось это только на простолюдинов, что порождало вполне ожидаемые проблемы. Когда одних военнослужащих держат в ежовых рукавицах, а другие ходят с расслабленными булками, порядка не жди. В волшебную силу дисциплины и единоначалия в армии я верил — это всё-таки магия покруче любых Лестниц, а без неё там всё разваливается и превращается в лучшем случае в махновщину, что мы, собственно, и имели с дворянами.

Так что, когда меня признали командиром исполчения и закрепили за мной древнюю должность воеводы, я начал с того, что мы все принесли клятву на крови. Тэны и прочие обещали беспрекословно исполнять мои приказы и команды, а я обещал не требовать от них ничего, что не буду делать сам, не вводить никаких правил, которые не буду соблюдать, и приложить все усилия к обеспечению войск зельями, оружием из Кив-проводящих сплавов и бронёй из шкур небесных животных. А дальше тэны взвыли, потому что я ввёл для них тот же уровень дисциплины, что был в ополчении для простолюдинов, добиваясь столь же чёткого исполнения приказов. После этого парочку клятвопреступников даже пришлось зажарить молнией и пояснить, что я ещё мягок. Можно ведь не только виновных наказывать, но и устраивать децимации по типу римских или вообще перейти на монгольскую систему, где за отсутствие у одного долбоклюя положенного количества запасных тетив для лука казнили весь десяток. Чингиз-хан и его потомки вообще дядями были суровыми, как три Челябинска. Тэны выслушали возможные варианты, вспомнили, что в ополчении коллективную ответственность для простолюдинов тоже практиковали, а потому решили подождать бузить. Тем более что я и сам работал на износ без вина, без женской ласки и почти без сна, а ещё начал выполнять свои обещания по снабжению. Спасибо Кэрпу с братом Вэем, которые восстановили-таки мои глаза в рекордные сроки.

Благодаря вернувшемуся зрению я помчался сначала в Речнолеску, сообщив мастеру Нэкэту и присным, что новые доспехи мне нужны ещё вчера, а потому всё скопившиеся на глазах следует пускать в дело. Затем посетил стаю, разобравшись со своей новой отлучкой, и забрал Жэндэ с Лизем. Потом вернулся в Млиофогор, где вскрыл-таки тайники хранителя знаний. На доктора Менгеле или Орочимару-сана старый козёл не тянул, но дел натворил всяких. Все, кто ходил смотреть, впечатлялись. А экскурсии мы организовали, благо жертвенный алтарь, клетки для людей и живой сын одного из тэнов, который мог многое рассказать, давали полезный эффект, нагнетая боевую ярость под слова о том, что именно это всем нам уготовил Мрэмо. Когда вопрос стоит о выживании как тебя лично, так и твоей семьи, люди готовы многое терпеть для победы. Личную библиотеку хранителя знаний я и вовсе велел переписать, отдавая копии свитков тэнам, которые пожелают приобщиться к полезным знаниям и новым магическим приёмам.