Так, а что еще я могу вызвать из мира собственной фантазии? Гусары, молчать!
В подвале привычно пахло потом и сырой побелкой. Хоспади, огромная страна с гигантскими возможностями не может настроить молодежи спортивных залов! Что-то меня частенько начали давить приступы антисоветизма. Старею?
— Извини, Жэка, не до вас нынче.
— Да наслышан! — старлей включает чайник в розетку. Лицо усталое, но держится бодрячком.
— Ты наверняка хотел спросить насчет мажорчика.
Ого, как он сразу сделал стойку! Спрашивает осторожно.
— А ты откуда вызнал?
Ухмыляюсь:
— Как будто ты не в курсе, что я нынче с Настей.
— Знаю. Что-нибудь слышал о нем?
В этот момент его взгляд буквально впивается мне в лицо. Но я на честном глазу отвечаю:
— Без понятия! Да и неинтересно. У тебя из-за него проблемы?
— Да нет. Просто смежники спрашивали. Они же в курсе, что он с вашей компанией поцапался.
— Это как-то отразится на парнях? — не хочется, чтобы у ребят были проблемы.
— Да нет, этот урод с кучей народу успел пересраться. Характер такой паршивый.
— Тогда пусть в мире криминала ищут.
— Ты что-то слышал? — умеет опер подловить на слове.
— Так, его с фарцой не раз видели.
— С фарцой говоришь?
Старлей думает. Но насколько помню, фарцовщики были в сфере внимания КГБ. А после воцарения Андропова между органами пробежала черная кошка. Сейчас и вовсе не понятно, что будет.
Пришлось недавно ознакомиться с ситуацией через «Голоса». Газеты советские как-то глухо упоминают нынешнюю политику. В Москве пленум за пленумом проходит, живет без Генерального. Громыко в больнице, а ведь это он поддерживал в моем мире Горбачева. Шеварднадзе и Алиева вывели из Политбюро. Махинации какие-то подозревают. Практически у каждого руководителя национальной республики рыльце в пуху. По закону подтянуть не проблема. Комитет пока еще в силе и его боятся. На запад к тому же утекли вбросы довольно пикантной ситуации в партии.
От русских областей запрос на нашего Ленинградского Романова. Надоели уже кадры с республик. Сосут ресурсы и на население РСФСР плевать. Но неожиданно громко заявляет о себе Лигачев. Мир здесь точно идет по другому пути. И у меня по этому поводу появились смутные сомнения. С Жэкой разошлись в итоге миром. Но некий осадочек остался. И у меня создалось такое впечатление, что он не все вопросы еще мне озвучил. Не следит ли он за мной? Живу я кучеряво, деньгами сорю. Честно такие деньжища не заработать. С его станется сдать меня коллегам из ОБХСС. Они в последние месяцы здорово оживились. В столице и больших городах аресты идут за арестами. Как будто кто-то сверху дал команду.