— Да ладно!
Мы бежим по залитому осенним солнцем коридору и дурачимся. И внезапно я ощущаю давно забытое блаженство. Нет, не с женщинами мужчина получает от жизни все, а только с друзьями. Если у тебя не сложилось крепкой компании, где можно безмятежно потусить или попросить запросто так помощи, то жизнь прожита зря. И друзей никогда не бывает много. Потому что все люди существуют на разной волне. Так что цените своих дружбанов, любите их и прощайте.
Как же непросто менять привычных друзей на неизвестный мне мир.
Воскресенье у меня единственный свободный день для поездки на проспект Просвещения. То есть в гости к Даре и её будто бы бабушке. Синеглазка меня не звала, но деваться им и мне некуда. Завтра красный день календаря и придется топать со всеми однокурсниками на Октябрьскую демонстрацию. После наступает новолуние со всеми вытекающими. Так что встаю в восемь утра, запихиваю в себя остатки вчерашнего ужина и бегу на метро. Сереги уже нет в койке. Рьяно он взялся за работу. Вчера вечером упомянул, что заодно помогает и в соседних магазинах. Подай-принеси и помалкивай. Надо бы еще с этим непутевым увальнем провести разъяснительную беседу. Хотя Витёк, если что, присмотрит. Тот ради выгоды на многое способен. А мне не влом содержать друзей. Пятнадцать тысяч в 1984 году это неплохие деньги.
По пути составляю в уме список вопросов, но он тут же разлетается вдребезги, когда распахивается дверь. Открыла Дара. Я угадал со временем. Куда можно свалить с утра спозаранку в выходной? Синеглазка была в коротком халатике японского стиля. Тот совсем не скрывал аппетитные девичьи ножки, а сверху приоткрывал тайны размера бюста. Дара тут же заметила мой плотоядный взгляд и запахнулась, хмуро поинтересовавшись:
— Тебе чего?
— Поговорить.
— Я тебя не приглашала.
И в самом деле, её взгляд ничего хорошего мне не предвещал. Очень уж он был неласковым, если не сказать больше. Меня внезапно выручил голос из прихожей.
— Пусти его, Дара. Этот настырный молодой человек все равно своего добьется.
Аккуратно оттесняю девушку в сторону и замечаю рядом с зеркалом пожилую женщину. Ей точно за восемьдесят? По мне и шестьдесят не дашь.
— Доброго утра.
— И вам здравствовать, молодой человек.
Её взгляд так и просвечивает меня насквозь. Дьявол, в глазах бабули мелькают зеленые огоньки! Она точно не ведьма? В моей ситуации поверишь в кого угодно.
— Не надо! — старушка покачивает головой. И только сейчас я понимаю, что невольно схватился за ножны. Они спрятаны под курткой. С вчерашней ночи у меня создалось стойкое ощущение, что серебряный нож мне вскоре понадобится.