— Это так! — кивнул Синельд. — Но они работают недолго.
— Что для этого требуется.
— Энергия, знания и человеческая жертва.
— О как!
— Только не подумайте ничего такого, — засмеялся ученый. — Вы и сами можете с помощью своего ножа прорубить пространство-время. Ненадолго и только для себя. А для большего нужна эманация человека. И мы никого не убиваем, после пробития прохода мы толкаем его первым в иной мир.
— И что с ним там происходит?
— По-всякому. Бывает и гибнет. Во всяком случае он остается в ином мире навсегда.
Я довольно осклабился:
— И кого вы берете в качестве жертвы?
— Преступников или предателей.
— Ха-ха, знаете, у меня для вас есть такой человек. И, возможно, не один. Не хотите сделать проход?
— Кто он? — тут же насторожился Воткинский.
— Большой начальник, но как человек мерзопакостный. Никто о нем плакать точно не будет.
Мирослав осторожно поинтересовался:
— Есть личные мотивы?
— И большие. Он мне здорово мешает, как и его сынок. Я пока в раздумьях, убить их сразу или потом.
Зельда в этот момент хищно улыбнулась. Интересно, после убийства они более горяча в сексе?
— Тогда лучше отдайте его нам.
— Договорились!
Знаете, бывают дни, что стоят месяцы, а то и больше. Еще в Парголово я созвонился с Тадеушом. Тот предложил подъехать в клуб. Был серьезный разговор. Я договорился с Зельдой о встрече в городе, затем меня подвезли. Даже в советском, отчасти тоталитарном государстве крепкая команда способная на многое. Заработать денег, создать фиктивные конторы и оформить на них собственность и автомобили. У ребят был целый гараж под контролем.
Там даже работали обычные люди. Ремонтировали транспорт, доставали запчасти, возили грузы, получали зарплату, ни о чем не подозревая. Политическим эмигрантам было нечего терять и настроены они были серьезно. Мне же требовалась крепкая «крыша». Лучше если их будет две.
Позже я их подчиню себе. Они не могут противостоять такой мощи. Понемногу в голове вырисовывался план. И старой жизни, как и друзьям в нем не было места. Как части моей души. Жаль, но второй раз в одну воду не войдешь. Тот, кто первый сказал эти золотые слова, знал, о чем говорил.
В Красном Октябре меня уже ждали. Мазецкий и как ни странно Дмитрий. Значит, он не только спикер их коллегии, а выражает интересы нескольких кланов. Далее мы целый час планомерно и в деталях обсуждали мое участие в их деятельности и роль, которую я буду играть в городе.
Для начала я выставил на стол мешочек с червонцами, вызвав довольную ухмылку майора. Золото тут же забрал Дмитрий, заявив, что это мой взнос. Тадеуш в свою очередь достал из небольшого несгораемого шкафа конверт с деньгами. А золото он умудрился продать задорого! Я прикинул, что в ближайшее время могу не беспокоится о текущих расходах. Уровень цен в СССР довольно низок, вопрос лишь в доступе к тайным пружинам и связям.