— Господин…
— Князь Серебряный.
Амбалы переглядываются и склоняются в почтении:
— Князь Серебряный, извините, для вас ворота закрыты.
Интересно. Я же вижу, что сквозь марево проходят люди. Или кто они там? Туда и сюда.
— Закрыты кем или чем?
Левый страж открывает рот, но его перебивает возникший ниоткуда мелкий человечек. У меня такое впечатление, что я его уже видел. Он тщедушен и остронос, его некрасивое лицо заходится в крике:
— Бастард, тебе не место в наших мирах! Проваливай немедля!
А вот этого прощать нельзя. Мелкий халдей не ожидал, что я начну немедля действовать. Страна непуганых идиотов! Даже не понимаю, где я так навострился ловко выхватывать нож. Сейчас он висел в ножнах на поясе. Клинок неистово сверкнул в полутьме и в одно мгновение окрасился красным. Хамоватый наглец упал на камни с перерезанным горлом, отчаянно булькая напоследок. Мне он уже был неинтересен. Я знал, что он не человек. Обступившая нас праздная толпа резко качнулась назад, испуганно давя задние ряды. Стражники застыли в нерешительности. Они то и дело с опаской поглядывали на серебристое лезвие, уже впитавшее жертвенную кровь. Я понял — это была инициация. Нож еще не питался в этом мире свежей кровью.
— В сторону!
Амбалы были выше меня и шире в плечах, но все равно расступились. Я позже понял, что те привыкли действовать по незыблемой традиции. А я её на их глазах поломал, и мне за это ничего не вышло. В голове успела мелькнуть тишь тень сомнения — откроются ли ворота передо мной! Иду вперед не оглядываясь. Пусть запомнят Князя именно таким, свирепым и решительным. Странно видеть перед собой гранит и проходить сквозь него, как через туман. Мне приходилось в горах продираться сквозь облако. Это не туман, а нечто иное, более вязкое и мокрое. Здесь ощущения похожие, разве что вокруг меня роятся зеленые искорки.
Офигеть! Я на той стороне! А здесь на самом деле не так темно, как кажется. Получается, что из Кармана этот мир видится, как будто сквозь некий фильтр. Нет, свет чуть зеленоватый, но в остальном все так же. Высокое звездное небо, малюсенький серп Луны над головой. В лицо бьет промозглый морской ветер. Запахиваю капюшон плотнее и быстро осматриваюсь.
А где дворец?
Вот он, почему-то далеко. Расстояния в этом Ленинграде, или как тут называют сей город, несколько иные. А вон и Неву видать. Мост через нее перекинут ажурный. На той стороне в районе Васильевского острова высится огромная башня, напоминающая Эйфелеву. На её верхушке крутятся зеленоватые прожектора. Как будто глаза некоего чудовища. Ощущения неприятные. Если этот мир и был некогда основным, базовым, то стал в итоге чуждым для нас, людей.