Он обездвиживал, не пролив ни капли крови, это требовало невероятного знания анатомии, силы и точности.

Я смотрел на это с лёгким пренебрежением, смешанным с пониманием.

Они не убивали, за весь бой я не заметил ни одного смертельного удара, а на земле после боя не было ни одной капли крови.

Это и было тем самым различием между мастерами из Нефритового Дворца нового поколения и мастерами из Столицы – так называемый «мягкий путь».

Тот самый, к которому пришёл Угвей в старости и которому Шифу, видимо, учил новую Неистовую Пятёрку, исправляя ошибки, допущенные в моём воспитании.

Во время боя я не смог молчать – одна обезьяна излишне долго издевалось над своим противником.

— Ву Конг! — Лениво крикнул я, не меняя позы. — Меньше пафоса! Ты тратишь силы на лишние сальто. Вместо этого ты мог бы просто ударить в колено и закончить с ним три секунды назад.

— Зато это стильно! — крикнул Обезьяна, делая пируэт и пиная очередного громилу в челюсть. — И зрителям нравится!

— Зритель не впечатлён, — буркнул я.

Через пол минуты всё было кончено. Банда мародёров валялась на земле, стоная и потирая ушибы.

Я отлепился от дерева и медленно, саркастично похлопал в ладоши.

— Неплохо. Для детского утренника. Почему вы никого не убили.

— Мы обезвредили их, — Тигрица вытерла пот со лба, глядя на меня с вызовом. — И никто не умер. В этом суть Кунг-Фу – защищать, а не уничтожать. Мы даём им шанс измениться.

— Суть Кунг-Фу – в мастерстве и самопознании, — парировал я. — А оставлять врагов за спиной, чтобы они завтра снова взялись за оружие и напали на кого-то слабее вас – это не мастерство, а наивность. За время моего отсутствия нравы учеников Нефритового Дворца сильно изменились, но… — я поднял руку, останавливая её гневную тираду. — Вы справились, а я не вмешивался. Уговор есть уговор.

И тут мой живот издал звук, похожий на рык раненого дракона, проснувшегося после спячки. Громкий, протяжный и очень жалобный. В наступившей тишине он прозвучал как гром среди ясного неба.

Пятёрка уставилась на меня. Даже поверженный бандит с крокодильей кожей приоткрыл один глаз.

— Спокойно, — выдохнул я, прижимая руку к животу. — Это просто урчание живота.

Мы отошли от места битвы, чтобы не нюхать вонючих бандитов, и расположились на небольшой поляне у реки. Солнце садилось, а сумерки сгущались.

Пятёрка достала свои запасы – пресные рисовые шарики и вяленая рыба. Еда крайне дешёвая и при этом хранящаяся достаточно для путешествия, вкуса, правда, из-за специальной готовки, у такой еды немного – пресная кашица с привкусом рыбы.