Расхаживая вокруг Бамбука, Джон мастерил попону из подручных материалов. Признаться, походила она больше на собранный из клочков кокон, но, когда вопрос стоит между жизнью и смертью, внешний вид не имеет значения. Вдобавок следопыт уже видел, как с помощью саней приобщить жеребца к труду: тянуть людей по снегу было бы затруднительно, а вот поклажу — самое то.

Лайла же, придерживая обоняние, словно ретивого коня, поочерёдно изучала разложенные на столах вещи. Прежде, чем сменить платье на северную броню, следовало исключить из неё всё, что будет занозой напоминать о прошлом владельце. Забракованное немедленно отправлялось на пол. Там уже валялись попахивающие мочой штаны с замызганным мехом на бёдрах, о который явно вытирали руки после каждого справления нужды. Рядом со штанами темнел заблёванный нагрудник, благоухавший всеми оттенками мясного пива, и толстая рукавица с ненавязчивым душком гнилой плоти. Неимоверно сложная задача — собраться на скорую руку так, чтобы не сожалеть об этом долгими неделями.

Рэксволд вертел в руках тесаки, непривычно тяжёлые, хоть и были самыми лёгкими из горы собранного оружия. Но что делать, раз грондэнаркская сталь не знает конкуренции — придётся привыкать. Свои кинжалы ассасин решил не выбрасывать: пригодятся, если вражина будет на отдалении — здесь уже никакая ломкость не помешает вогнать лезвие в глаз или висок. Да и в помещениях, свободных от диктатуры мороза, сподручнее сражаться молниеносными, проверенными временем клинками.

Эрминия оказалась самой скорой. Облачённая в броню из стали и волчьего меха, она сидела на лавке, натягивая сапоги из оленьей шкуры. За спиной, на столе, лежали два трофейных меча, более широких, чем прежние, из-за чего пришлось сменить и ножны.

— Куда бы вы ни направлялись, жить вам недолго… — донеслось из полумрака, со стороны колодок. — Сдохнете ещё до остролуния…

— Наши жизни не твоя забота, — не поворачивая головы, ответила Эрминия. — Радуйся, что я тебя не прирезала…

— А зря. Ведь мы можем ещё встретиться…

— Угу. Только во второй раз я тебя щадить не стану, — размытое темнотой лицо Кайлор пронзил серо-голубой взор. — Подумай об этом. Пока есть чем, — Эрминия встала и, захватив перевязь с мечами, направилась к дальнему столу с остатками еды.

Мимо, прижимая к груди охапку вещей, прошла Лайла. В отличие от воительницы, ей было некомфортно сверкать обнажённым телом в присутствии друга и двух посторонних, один из которых также мужчина. Вдобавок вряд ли жилистая фигура Эрминии осталась незамеченной — высокая грудь со стройными бёдрами лишь подольёт масла в огонь и без того непростых отношений. Особенно в свете последних событий.