Насупленная Эрминия подняла на него взор, безмолвный и выразительный, от которого у любого другого застыла бы в жилах кровь.
— Видела бы ты своё лицо, — заржал Рэксволд. — Где твоё чувство юмора, Эрми? — он плюхнулся рядом с северянкой и, по-свойски обняв её, посмотрел на Лайлу. — Чего такие смурные?
— Зато ты больно весёлый, будто не в амбар, а в шлюшарник ходил, — не полезла за словом в карман Эрминия.
— Да нет, я тебя дождусь… — вторая ладонь ассасина легла на бедро возлюбленной.
— Вы там на грудь, что ли, приняли? — повернулась к нему северянка. — А ну, дыхни. Хотя… не надо. И так чувствую.
— Это вместо завтрака, — Рэксволд постучал костяшками пальцев по лежавшей за пазухой бутылке. — Чтобы не замёрзнуть.
Сзади вновь загрохотал «камнепад», и рядом с Лайлой нарисовался Джон. В отличие от ассасина, он подошёл с наветренной стороны, и вампирическое обоняние выявило запах какого-то ликёра. Учуяла его и Эрминия.
— Тоже пил? — бросила она на следопыта пасмурный взор.
— Лишь пригубил.
— Переживёшь. Цепляй коня и садись. А вот ты, Рэкси, беги блевать. Пойло, скорее всего, отравлено. Здесь так часто делают, чтобы сводящие скотину далеко не ушли. Готова поспорить, нычка была спрятана на дурака.
— Ну, да… — задумчиво сказал Рэксволд. — Мать твою… — проворчал он и спешно выбрался из саней.
— Я тогда на всякий… — начал Джон, но потом увидел на губах северянки ветхую улыбку.
Лайла, всё это время переводившая тревожные взгляды, облегчённо вздохнула: с чувством юмора у Эрминии всё было в порядке.
— Вон оно что… — усмехнулся следопыт и, забрав поводья, привязал их к саням. — Мы тут вчетвером-то уместимся? — спросил он, усаживаясь рядом с вампиршей.
— В тесноте, да не в обиде… — Лайла притиснулась к северянке и, накинув капюшон, положила голову на плечо избранника: так надрывные звуки маравшего снег ассасина стали тише. — Куда мы теперь?
— За холмами на юге есть Воющая Роща. Накопаем там ягеля. Ну и хвои наберём. Очень странно, что с таким стадом у клана нигде не нашлось жратвы для скотины. Как бы сюда ещё один отряд не наведался…
— Фух… — утирая рот рукавом, забрался в сани Рэксволд. — Понаделают, суки, ловушек… Поехали уже…
Оленья упряжка с привязанным к борту Бамбуком тронулась навстречу потемневшему горизонту: надвигался буран, а вместе с ним и те, о чьём существовании странники даже не подозревали.
Глава 7
Солнечное утро уверенно вытеснялось снежным днём. Обзор сократился до расстояния плевка: рога оленей уже таяли в метели и казались серыми. Встречный ветер же обжигал лица морозом — четвёрка авантюристов усиленно куталась в капюшоны и шарфы. Рэксволд стёр с озябшего лица налёт пурги: