Сцепленные нарты выехали из оврага, и следопыт молниеносно схватился за меч: навстречу, по почти занесённой бураном колее, двигались одиночные сани — сейчас только стычки с варварами не хватало.

— Выследили-таки… — Джон таращился на каюра с кабаньим черепом на голове. Натянув вожжи, следопыт выбрался из упряжки и обнажил клинок.

— Подожди… — хоть огненная сфера уже вращалась на ладони, Лайла не спешила применять магию: пристально изучала врага.

Джон недоумённо посмотрел на вампиршу, потом — вновь на каннибала, на сей раз внимательнее: из-под устрашающего шлема ручьями стекали белые пряди, да и место костяной брони почему-то занимал тулуп…

— Уголёк? — вскинул бровь следопыт. — Лёгок на помине… — странно, но от внезапной встречи с сомнительным знакомым промёрзлый лес вокруг показался чуточку теплее.

— Шойсу, — поправила воина Лайла и развеяла огненный шар. — По-видимому, он принял моё предложение. Шансы выжить одному в чужом мире ничтожно малы. Только и подле нас отнюдь не безопасно. Не уверена, стоит ли ему ехать с нами… теперь.

— Сдаётся мне, в одиночку он здесь долго не протянет, — Джон наблюдал, как иномирец рванул вожжи вверх и остановил замедлившуюся упряжку упёртым в снег копьём. — А так, глядишь, пригодится где, раз уже спасал тебе жизнь. Быть может, и про камень телепортации что полезного расскажет, — он убрал меч в ножны и перевёл взор на вампиршу.

Лайла бесшумно вздохнула. Колеблясь, словно свеча на ветру, она глядела на Шойсу, который, пряча бирюзу глаз в сумраке шлема, неподвижно сидел в санях напротив. Груз ответственности за чужие жизни неумолимо рос. Вряд ли Рэксволд примет гостя на равных. Смогут ли они обойтись без кровопролития? А сам виновник размышлений? Не пришибёт ли мефита, едва тот покинет невидимость? И это лишь самое очевидное. Сколь глубокие дебри проблем придётся изведать — не знает никто.

— Будет непросто… — сухо промолвила вампирша и приветственно подняла ладонь.

* * *

Завидев в метели мерцавший огонёк, Эрминия испытала облегчение и замедлила бег. Однако ещё через дюжину метров, когда снежная пелена истончилась, встала как вкопанная. Под припёртыми к дереву санями никого не было, рядом лежал мёртвый олень, а чуть поодаль беспокойно бил копытом серый конь. Ни Рэксволда, ни остальных животных — всё самое худшее пронеслось перед глазами вражеской секирой…

Северянка уже почти рванула к укрытию, как вдруг из-за ствола сосны показался ассасин. Вышел прогулочным шагом. Остановился. Пнул сугроб. Нет, не сугроб…Теперь Эрминия различила в снегу убитого снорха: из-за белого окраса он сливался с окружением безо всякой магии. Рэксволд же осмотрелся и заметил наблюдательницу.