Они скакали все утро. Они мчались по равнинам, покрытым морозной коркой, и стук копыт особенно громко отскакивал от мерзлой земли. Снег перестал идти, зато поднялся ветер, продувавший насквозь ее одежду, и принялся нагонять серые кучевые облака с южного края горизонта. Когда снегопад кончился, Нари смогла разглядеть обступившие их голубые горы в шапочках льда, подпоясанные темными лесами, которые редели по мере того, как утесы набирали высоту. Один раз они распугали стадо диких коз с густой спутанной шерстью и острыми кривыми рогами, отъевшихся на траве.

Нари проводила их голодным взглядом.

– Ты не мог бы достать нам одну? – спросила она Дару. – А то такое впечатление, что ты свои стрелы только полировать умеешь.

Нахмурившись, он уставился на стадо.

– Достать? Зачем? – Непонимание уступило место отвращению. – Чтобысъесть? – Он неодобрительно закряхтел. – Исключено. Мы не едим мясо.

– Как? Почему нет? – захныкала Нари. Мясо было лакомством, которое она редко могла себе позволить на свой скромный доход в Каире. – Это же так вкусно!

– Оно нечистое. – Дару передернуло. – Загрязняет кровь. Ни один дэв не станет это есть. И в особенности бану Нахида.

– Бану Нахида?

– Титул, который давался женщинам-предводительницам Нахид. Почетный титул, – добавил он с легким упреком в голосе. – И большая ответственность.

– То есть шампуры для кебабов мне спрятать подальше?

Дара вздохнул.

Они поехали дальше, и к обеду у Нари уже отваливались ноги. Она заерзала в седле, чтобы размять затекшие мышцы, и плотнее замоталась в плед, мечтая о чашке пряного горячего чая по рецепту Хайзура. Они ехали без остановки уже много часов. Почему бы не устроить привал? Нари ударила лошадь пятками по бокам, решив нагнать дэва и предложить ему сделать остановку.

Устав от своей непутевой наездницы, лошадь заржала и дала влево, а потом перешла на галоп и проскакала мимо Дары.

Дэв рассмеялся.

– У тебя проблемы?

Нари чертыхнулась и дернула поводья, переводя лошадь на шаг.

– Кажется, она меня ненавидит…

Она умолкла и уставилась на багровую кляксу в небе.

– Эй, Дара… я сошла с ума или на нас летит птица размером с верблюда?

Дэв повернулся и, исторгнув проклятие, остановил коня и выхватил поводья у Нари из рук.

– Око Сулеймана! Думаю, пока она нас не заметила, но… – что-то его явно встревожило. – Нам некуда спрятаться.

– Спрятаться? – переспросила она, переходя на шепот, когда Дара на нее цыкнул. – Зачем? Это же просто птица.

– Нет, это Рух. Кровожадные твари. Они сжирают все, что подвернется им на пути.

– Все, что подвернется? Например, нас? – Он кивнул, и Нари застонала. – Ну почему все в этой стране так и норовит нассожрать?