– Извини за вторжение. – Она продефилировала по спальне. – Мы пришли убедиться, что придворные не съели тебя заживо, но, как вижу, поддержка тебе не нужна. – Она упала на кровать и, закатив глаза, поддела ногой одеяло, аккуратно сложенное на полу. – Только не говори, что спал на полу, Ализейд.

– Я…

Вторая половина ее «мы» вошла в комнату, не успел Ализейд толком ничего возразить. Мунтадир выглядел еще более неряшливо, чем обычно. Верхние пуговицы дишдаши были расстегнуты, кудрявые волосы – непокрыты. Увидев такую картину, Мунтадир усмехнулся.

–Две сразу? Во всем нужно знать меру, Зейди.

Али был рад, что его брат и сестра веселятся на его счет.

– Все совсем не так, – рассердился он. – Я их не звал!

– Нет? – переспросил Мунтадир, посерьезнев, и перевел взгляд на куртизанок, которые так и стояли на коленях. – Встаньте, прошу вас. Не нужно церемоний.

– Мир вашему дому, эмир, – пробормотала, поднимаясь, куртизанка-Дэва.

– И вашему, – улыбнулся Мунтадир, хотя его глаза оставались серьезными. – Даже я удержался от такого искушения, но скажите мне… кто распорядился о таком очаровательном подарке для моего младшего брата?

Женщины переглянулись, позабыв о кокетстве. Дэва в конце концов неуверенно ответила:

– Старший визирь.

Али разозлился и хотел что-то сказать, но Мунтадир жестом руки помешал ему.

– Пожалуйста, поблагодарите Каве за жест, но боюсь, вынужден вас прервать, – Мунтадир кивнул на дверь. – Вы можете идти.

Женщины тихо попрощались и поспешили убраться восвояси.

Мунтадир посмотрел на сестру.

– Зейнаб, ты нас не оставишь? Кажется, нам с Али нужно поговорить.

– Он вырос в Цитадели, Диру, среди мужчин… думаю, с ним уже обо всемпоговорили . – Зейнаб посмеялась своей шутке, но встала с кровати, игнорируя сердитый взгляд Али.

На пути к выходу она положила руку ему за плечо.

– Не ищи себе на голову неприятностей, Али. Погоди хотя бы недельку, прежде чем развязывать священные войны. И про меня не забывай, – бросила она через плечо, выходя в сад. – Заглядывай ко мне на огонек хотя бы раз в неделю.

Али оставил это без ответа и развернулся к выходу, ведущему во дворец.

– Извини, брат. Но, похоже, мне нужно сказать пару слов старшему визирю.

Мунтадир перегородил ему дорогу.

– И что же ты ему скажешь?

– Чтобы держал своих продажных огнепоклонниц при себе!

Мунтадир вскинул бровь.

– И как, по-твоему, это будет выглядеть? – спросил он. – Малолетний королевский отпрыск, о котором уже ходят слухи, будто он какой-то религиозный фанатик, нападает на одного из самых уважаемых Дэвов в городе, который десятилетиями верой и правдой служит его отцу? И за что? За подарок, которому обрадовался бы всякий мужчина?