Я свернул на широкую улицу. Она резко отличалась от тех, по которым мы ехали до этого. Здесь не было покосившихся лачуг и мусорных куч. Дома стояли в ряд, величественные, с красивыми фасадами, кое-где виднелись аккуратные газоны и декоративные кусты. Высокие пальмы, посаженные вдоль тротуаров, казались не дикими, а ухоженными, частью тщательно продуманного городского пейзажа. Воздух здесь был свежее, пах не жасмином, а чем-то, что мне казалось ароматом денег и власти.

Грузовик проехал еще один квартал и остановился в тени раскидистого баньяна. Прямо перед нами, на углу, стояло массивное, монументальное здание из серого камня. Его фасад был украшен колоннами и широкой гранитной лестницей, ведущей к тяжелым бронзовым дверям. Над входом, под массивным козырьком, висела вывеска, буквы на которой, даже в полумраке ночи, светились мягким неоновым светом: «Banco Anglo-Cubano de Crédito». Англо-Кубинский Кредитный Банк. Название говорило само за себя — это было место, где хранились большие деньги, принадлежащие тем, кто контролировал Кубу.

Педро повернулся ко мне.

— Жди здесь, Луис, — его голос был тихим, но в нем чувствовалась стальная решимость. — Никуда не уезжай. Мотор не глуши и будь готов стартовать в любую секунду.

Он достал из-под сиденья темный колпак, натянул его на голову. Лицо его тут же скрылось, оставив лишь прорези для глаз. В этот момент он перестал быть доном Педро — безымянный толстяк, часть чего-то большого.

Я напрягся.

— Что происходит?!? Что вы собираетесь делать?

Педро не ответил. Он покачал перед моим лицом пальцем, заставив замолчать, и, открыв дверь, выпрыгнул из кабины. За ним последовали трое парней, которые до этого сидели в кузове. Они были одеты так же, в темную рабочую одежду, и их лица тоже скрывали маски. В руках у них мелькнуло что-то длинное и блестящее.

Быстрым рывком они побежали к банку, прижимаясь к стене здания, двигаясь словно тени. Один из них, тот, что повыше, остановился у большого окна на первом этаже. Из-под его брезентовой накидки мелькнул странный инструмент — что-то вроде кругового резака, который обычно используют стекольщики для вырезания идеальных кругов из толстого стекла. Он приложил его к окну, и я услышал тонкий скрежет, разнесшийся по ночной улице. Затем послышался глухой треск, и из окна, словно по волшебству, выпал аккуратный круг стекла. Тот, что с резаком, осторожно подхватил его, чтобы не разбить, и отставил в сторону.

Второй парень достал из мешка складную лестницу, быстро разложил ее и прислонил к подоконнику. Педро просунул руку в окно, открыл его. В одно мгновение они заскочили внутрь по лесенке, затащили ее за собой. Я увидел, как замелькали фонари в банке. Один, другой, третий… свет вспыхивал в разных окнах, будто кто-то спешно передвигался по зданию. Это ограбление!