Последний привал мы сделали, совсем немного не добравшись до места. Просто в темноте ехать опасно, как сказал Сантьяго, так что лучше с утра выдвинуться.

Проснулись все как по команде. Даже не завтракали — сходили, оросили деревья, и полезли в машину. Но отъехали мы недалеко, пару километров. Мотор грузовика вдруг затарахтел, и резко затих. «Наверное, попрощался с нами», подумал я. Попытался завести, но ничего не получилось. Мы вылезли из кабины и открыли капот. К сожалению, таблички с надписью «Дёрни здесь, и всё пройдёт» там не было. А я тот еще специалист. Внутрь мотора полез Яго, но тоже ничего не добился. Потом пришел Педро. Глубокомысленно изрек, что проблема, возможно, в зажигании. Или подаче топлива. Как по мне, так грузовик сдох от старости. Ему сколько? Лет двадцать, наверное. На нем бы товары по ближним магазинам развозить, в щадящем режиме, а не мотаться по всей Кубе. Но меня никто не спросил. Для порядка мы по очереди крутнули кривой стартер, но мотор не схватывал.

— Ну что, придется дальше ножками, — сказал Яго. — Да тут рядом совсем, часов за шесть дойдем.

— А Мигель? — спросил я. — Он и пары сотен метров не пройдет. Его не понесем.

— Ну подождёт здесь? Да, Мигель? Воду оставим, еда есть. Поспишь, отдохнешь, а там за тобой вернемся, — сказал проводник.

Мигель, сидя на ящике, опустил голову.

— Подожду, конечно, — прохрипел он. — Делать больше нечего.

— Раз пешком, надо перекусить, — заметил Педро.

А вот это очень разумное предложение. Шагать несколько часов на голодный желудок не очень хочется.

Мы развели костёр, поджарили на нём остатки колбасок, которые нам дала донна Розалия, и, сидя вокруг огня, перекусили.

А потом отправились в путь. Но перед уходом Педро залез в кузов и сбросил Батисту на землю. Взял монтировку и начал колотить его по голове. Очень скоро мы могли достать содержимое копилки. Оказалось его довольно много. Разделили на три примерно одинаковых кучки, и разложили по мешкам. Попрощались с Мигелем и двинулись за Сантьяго.

Примерно через километр я решил, что в банке взяли много. Но сколько именно и почему не сработала сигнализация — Педро молчал. А спрашивать я не решался. Еще полторы тысячи шагов спустя я начал считать, что добыча оказалась слишком большой.

— Тяжело? — спросил Сантьяго. — Это деньги революции! Не переживай, Луис, скоро отдохнем! Представь, сколько винтовок мы сможем купить на эти бумажки! Сразу легче станет!

Дорога заняла полдня. Мы шли по узким, заросшим тропам, продирались через густые заросли, перебирались через мелкие речушки. Солнце палило нещадно, воздух был влажным и тяжёлым. Хорошо, ветра нет, и комары со всяким прочим гнусом по такой погоде не особо кусают. Пот стекал по лицу, одежда прилипла к телу, а мышцы ног горели от усталости.