— Соль! Вкусная еда! — бормотали они, их глаза блестели. — Деньги! Белое золото!

На побережье страшно воняло. При возможности улов сразу же потрошили, оставляя только молоки, и укладывали в бочки, пересыпая солью. Это позволило хранить рыбу гораздо дольше и открывало выход на рынки соседей (если когда-нибудь случится такая ситуация и рыбы станет столько, что появятся излишки). Море Варгиз/Эбо (или огромное озеро) кишело рыбой, но без правильной обработки и консервации улов быстро портился.

Но для поддержания рыбного промысла требовался устойчивый приток древесины. А так как основные источниками были: враждебные эльфийские земли и Рафариф (где древесина была испорчена скверной и была в разы хуже всякой другой), Арнагшос (сплав бревен по рекам невозможен). А вот из Леса лесных эльфов (тавталогия?) бревна справлять вполне легко.

А так Глаттершталь мог обеспечивать рыбой не только себя, но и экспортировать озерную щеку, мерлана, морской язык, угря, местную сельдь. Даже менее ценные виды, вроде креветок, кальмаров и устриц, находили своё применение. Там, где в других местах их считали отбросами и кормили свиней, в Глаттерштале они шли на корм хвостатому молодняку. Подрастающие крысы требовали много пищи, и даже мелкая морская живность утилизировалась без остатка.

В общем, и тут упиралось всё в дерево.

И если уж говорить за еду, то ещё один интересный и в какой-то степени новый источник пищи стали использовать те хвостатые, что по разным причинам смогли основать собственные норы/выводки, по соглашению со мной.

В горах нашлись пригодные для пастьбы луга, а значит, появился кое-какой шанс. Так, наиболее продуманные купили весной в окрестных Холеде и Рехшленгене худосочных бычков и овец, едва держащихся на ногах после зимы. Их перегнали в горы, откормили, а осенью продали куда дороже. Первоначально надои молока были невелики, так как скот плохо переносил непривычное присутствие хвостатых, но всё же позволяли делать сыр и сушёный творог — еду, которая годилась в поход и могла храниться месяцами.

Скот давал не только мясо, но и удобрения, шкуры, кости. И, в отличие от охоты, он обеспечивал постоянный, предсказуемый приток необходимых ресурсов. Постепенно и другие умные начали понимать: этот промысел стоит того, чтобы в него вложиться.

Одним из первых, кто это осознал, был отпущенник Хисс, решивший уйти из Логова и основать собственный выводок, когда смог добыть себе самку (эта монструозная самка была с рядом мутаций, из-за чего её и не оставили в Логове). Занятая им территория оказалась удачной — трава росла густая, воды хватало, морозы зимой были терпимы. Сначала он пригнал скот, купленный после грабежа гоблинских поселений на севере. Те содержали животных в ужасных условиях, и молодняк скота выглядел так, словно могли сдохнуть на месте.