Когда пришло время, башня вздрогнула, словно от удара исполина. Земля содрогнулась, воздух наполнился оглушительным громом. Каменные глыбы взлетели в небо, смертоносным градом падая на ближайших дежурных. Кусок башни накренился и вывалился наружу, засыпав обломками ров. Защитники, застигнутые врасплох, не успели и вскрикнуть. Их тела, изувеченные, исковерканные, разлетелись в разные стороны. Маги, пытавшиеся спасти хотя бы нескольких воинов, погибли в объятиях взрыва.

Поднявшиеся клубы серой пыли, казалось, поглотили брызги крови и разорванную плоть.

От башни осталась лишь груда обломков.

— Овшиветь! Что за сила их так разметала?

— Фугасность!

То же произошло и со стеной — окружающих давили и калечили падающие камни. Некоторые из умирающих еще кричали, но их оставалось немного. Никто не успел убежать. Все произошло слишком быстро.

В нескольких местах шли серьезные бои — наёмники и пираты ещё надеялись на победу, либо собирались каким-то образом сбежать. В таких случаях воины падали в ров, заваливая его трупами.

Однако постепенно арандцы, атакуемые с разных сторон, стали подаваться. Ободренные успехом, силы Протектората теснили их дальше.

Многие защитники запирались в других башнях на стене, надеясь перегруппировать силы.

С такими расправлялись колдуны -зуберы. Пример показывал Струх Шип. Сжимая в ужасно обгорелых лапах гнилые камни, он исполнял свое любимое заклинание: и земляные шипы проросли в башне с набившимися людьми. Раздался и быстро затих душераздирающий крик, превратившийся в хрип и хруст. Из-под дверей потекла целая река тёмной крови.

Прорывы множились. Давнишняя наша ячейка тоже выбралась из подвалов и начала резать офицеров, просто командиров и солдат.

Не везде все шло гладко.

Многие попали в подлые ловушки, в которых от действия частных лиц, нейтральных магов, охотников погибло еще не менее двух сотен бойцов.

Самую большую бойню на выходе из подкопа, тот что на площади, устроил какой-то маг/колдун. Когда хвостатые воины вырывались подобны потоку грязной воды, неудержимо несущемуся на тыловые позиции арандцев, им встретился человек. Из его рук вырвались потоки пламени, обрушиваясь на хвостатых. Те, кто оказывался на пути огненных языков, вспыхивали, словно щепки. Первые ряды сразу оказались испепелены на месте. Оставшиеся дрогнули, и спасая свои жизни ринулись либо назад, либо стали разбегаться по городу, внося свою толику хаоса, от отчаяния грызя и рубя всё на своем пути.

— Хорошо-хорошо! — кричали окружающие меня прихвостни. Ближайшие к стенам городские кварталы пылали; пепел тучами носился в воздухе; бойцы в дыму плохо различали своих от врагов.