Если так подумать... зачем я вообще ввязался во всё это? Зачем решил вырезать ублюдков и очищать улицы от злодеек?

Повернул голову и посмотрел на спящую сестру. Ради безопасности дорогих мне людей? Да. Отчасти можно сказать. Но если быть до конца честным с самим собой, мне просто не сиделось на месте. Я знал, на что способен. Знал, что с каждым днём могу становиться всё сильнее, и отчаянно хотел вернуть ту форму, которая когда-то была у меня в прошлой жизни.

И каков итог? Теперь я со стопроцентной вероятностью настроил Лигу Справедливости против себя. Одолеть их всех в одиночку прямо сейчас – утопия. Хотя куда там одна только Супервумен меня скрутит и отправит в тюрьму для металюдей. Значит, нужно уравновесить чашу весов. Думаю, правительство моей страны будет абсолютно не против обзавестись собственной «Супергеройской-дубиной». Своя «Супервумен» на службе государства – это неплохой щит.

Надо обдумать, как на них выйти. Или лучше дождаться, пока спецслужбы сами выйдут на меня. А с учётом того, какой филиал ада я устроил сегодня ночью, они должны справиться быстро.

С этими мыслями наконец закрыл глаза, позволяя регенерации долечить остатки ран под мерное дыхание сестры.

***

На следующий день проснулся ровно в восемь утра. Лиза всё ещё сладко спала, раскинувшись на пол кровати, так что смог незаметно ускользнуть из номера.

В ресторане отеля было почти пусто. Я набрал себе полную тарелку блинчиков, сел за дальний столик и принялся меланхолично жевать. Решив добавить сладкого, потянулся за бутылочкой с сиропом, и в этот момент правый бок прошила резкая боль.

Кхгх... Точно. Огромное спасибо этой сучке Аквавумен за пробитую бочину и за то, что прожарила меня своей «магией» до состояния medium rare. Судя по ощущениям, «магия» серьёзно замедлила мое восстановление. С такими темпами эта дрянь будет затягиваться месяц, а то и все полтора. Сжав зубы, перехватил сироп другой рукой и как ни в чём не бывало продолжил завтрак.

– Привет. А почему меня не позвал? – раздался сонный голос над ухом.

Лиза бесшумно отодвинула стул и села напротив.

– Думал, ты решишь поспать подольше после бурной ночи, – хмыкнул я.

– Ладно, проехали, – она заговорщически подалась вперёд, а её глаза загорелись неподдельным любопытством. – А теперь колись. Каково это – летать?

И пока подбирал слова, чтобы описать какого это, эта мелкая дрянь совершенно буднично отжала мою вилку и бесцеремонно утащила с тарелки самый сочный блинчик.

– Я бы сказал, что это прекрасно, – ответил я, провожая взглядом исчезающий в её рту кусок теста. – Особенно хорошо становиться, когда понимаешь, что можешь за пару секунд оказаться в любой точке мира.