Я пожал плечами и сделал шаг вперед. Распорядитель поклонился еще ниже и добавил:

— Приглашение только для наследника, господин.

Я повернулся к братьям с Остахом. Братья, не знающие имперского, уставились на меня.

— Один пойду, — перевел я. — Приглашение только для наследника.

— Кто бы сомневался, — пожал плечами Остах. — Но сопроводить тебя нужно. Какой наследник без ближников?

— Кормить, значит, не будут… — характерным жестом погладив живот, жалостливо прошептал Барат на ухо брату. Нарочно жаловался так, чтобы мне было слышно. Я вопросительно глянул на Остаха, но тот махнул рукой:

— Разберемся.

— Идем, — кивнул я слуге.

Тот развернулся и торопливо засеменил по садовой дорожке.

— Не так быстро! — попросил я, и распорядитель сбавил ход.

Все-таки местная мода странная. Горская одежда нравилась мне своей простотой и функциональностью. Сапожки сидели на ноге как влитые. Отсутствие карманов доставляло неудобство, конечно. Но это я попытаюсь вскоре решить. Большинство местных одевалось во что-то античное: хламида, туника, хитон… Кто там разберет? В общем, что-то приталенное, с поясом, без рукавов и со складками. Богатеи в госпитале облачались в одежду того же фасона, но с дорогим шитьем и оборками по вороту. Не сказать, чтобы раб, идущий впереди нас, был одет как-то принципиально иначе. Но вот расцветка! Поперечные полосы красного чередовались с зеленым. И вдобавок — сапоги с узкими длинными носами, подвязанными к лодыжке!

— Кейлокк, — сплюнул вслед распорядителю Йолташ. — Петух.

Барат звонко прокукарекал, прижав локти к бокам. Ну чисто дети! Распорядитель пугливо обернулся и чуть прибавил шагу, вжав голову в плечи. Загнутые носы сапог забавно вихлялись из стороны в сторону. Братья засмеялись.

— Плетей захотели?.. — зашипел Остах. — Вы ближники наследника дана Дорчариан! Не позорьте мои седины!

Братья пристыженно замолчали. Развернули плечи, надели маску надменности и превосходства, положили руки на рукояти мечей и с прямой спиной зашагали чуть позади меня, по обе стороны.

— То-то же, — кинул им Остах, идущий рядом со мной. — И ты тоже, Оли, не забывай, кто ты. Не обольщайся, пир не в твою честь. Народу там будет много, особого внимания на тебя не обратят. Ты просто почетный гость и вступаешь под руку наместника, так сказать. Поэтому должен быть представлен. Так заведено.

— Значит, каждый день ужинать там мне не придется, — облегченно выдохнул я.

— Конечно! — рубанул рукой воздух Остах. — Наместник недолюбливает горцев. Как будешь ему представлен — отдашь вот это. — Дядька достал из-за пазухи свиток.