— Когда-нибудь, — повторила она задумчиво. — А если мы поженимся? Ты хотел бы детей от меня?

Я посмотрел на нее. Лицо серьезное, глаза пристально наблюдали за мной. Для нее это важный вопрос.

— Если мы поженимся, то да. Хотел бы.

Она облегченно улыбнулась.

— Хорошо. Я тоже. Двое или трое. Мальчик и девочка обязательно.

— Обязательно. Но пока не будем торопиться.

— Не будем, — согласилась она. — Сначала надо пожить вместе, привыкнуть друг к другу.

Дженнифер придвинулась ближе, положила голову мне на плечо. Мы сидели молча, смотрели на ручей. Вода спокойно текла, солнечные блики играли на поверхности. Птицы пели в кронах деревьев, где-то далеко слышался детский смех.

— Итан, — тихо сказала Дженнифер, — расскажи мне. Что случилось после аварии? Почему ты так изменился?

Я невольно напрягся. Неизбежный вопрос, но все равно трудный.

— Не знаю точно. Врачи говорят, черепно-мозговая травма могла изменить личность. Память пострадала. Некоторые вещи забылись, другие появились.

— Какие вещи забылись?

— Детали. Лица знакомых. Привычки. Вкусы в еде. — Не совсем ложь, но и не вся правда.

— А что появилось?

— Тяга к знаниям. Желание читать и учиться. Раньше я… был другим. Проще. Теперь хочу понимать мир глубже.

Она медленно кивнула.

— Авария сделала тебя умнее?

— Не умнее. Другим. Как будто я проснулся и увидел мир по-новому.

Она повернула голову, посмотрела мне в глаза.

— А меня ты тоже увидел по-новому?

— Да. Раньше ты была… привычной. Знакомой. Теперь смотрю на тебя и вижу красивую и умную женщину. Хочу узнать тебя заново.

Она улыбнулась, глаза увлажнились.

— Спасибо. Мне это нравится. Узнавать друг друга заново.

Я поцеловал ее. Долго и нежно. Обнял, Дженнифер прижалась ко мне всем телом.

Через какое-то время она отстранилась от меня, мы улеглись на покрывале. Смотрели на небо сквозь кроны деревьев. Там медленно плыли белые и пушистые облака. Ветер шелестел листьями.

Дженнифер взяла мою руку, переплела пальцы.

— Я боялась приезжать, — призналась она. — Боялась, что ты стал чужим. Что между нами ничего не осталось. Но теперь вижу… может, даже стало лучше. Мы начинаем все заново. Честно и открыто.

Мы лежали еще час, разговаривали, молчали и целовались. Время текло медленно и спокойно.

В половине второго Дженнифер села и потянулась.

— Пора собираться? Или еще полежим?

— Можем еще полежать. Никуда не торопимся.

Она легла обратно, прижалась сбоку. Закрыла глаза, вскоре дыхание замедлилось. Задремала.

Я лежал и смотрел на ее лицо. Спокойное и расслабленное.

Какая она красивая. Что-то внутри меня тянулось к ней все сильнее. Не память прошлого Митчелла, а что-то другое. Настоящее чувство, растущее с каждым часом.