— Барин… — он кашлянул, вытирая ладонью пот со лба. — Денег маловато вышло. Мужики ропщут. Говорят, аванс — на пару дней хлеба с табачком, а работы — на месяц. Да и материал со своих закупать — такое это дело…

Я окинул взглядом площадку. Вдалеке двое рабочих спорили из-за лопаты, а подросток лет четырнадцати тащил ведро с водой, едва не спотыкаясь о камень.

— Сколько надо? — спросил я, доставая из внутреннего кармана смартфон.

Бригадир замялся, переступил с ноги на ногу, словно земля внезапно стала горячей.

— Пятьсот тысяч… — выдохнул он, избегая прямого взгляда. — На материалы, на работу, на аренду техники да на пайки. А то щебень, песок и узкие специалисты нынче дороги, как чертово зелье… Не многоэтажку строим-то…

— Если твои люди загуляют и сорвут сроки, пеняй на себя. Каждое воскресенье пусть хоть не просыпаются, но шесть дней в неделю должны быть трезвыми и работоспособными.

— Обижаете, господин! Все ребята проверенные! У нас сработанное звено. — возмутился строитель.

— Как зовут — то тебя?

— Семен Аркадьевич…

— Диктуй реквизиты, Сеня. — улыбнулся я. — Если сделаете все хорошо, возьму вас на постоянку, рублем не обижу. Я планирую пустить здесь длинные корни.

Мужчина продиктовал мне номер карты, и я перевел ему деньги.

— Вот тебе миллион. Через месяц хочу видеть асфальт, а не болото. И скажи своим, что если через две недели не доведут особняк до ума, я проведу с ними воспитательную беседу, которая им очень не понравится и которую они запомнят на всю жизнь.

Семен схватил свой телефон так, будто боялся, что я передумаю и отменю перевод. Его пальцы дрожали, оставляя потные пятна на пластиковом корпусе смартфона.

— Все будет в лучшем виде, господин! — он шмыгнул носом, поклонился и побежал к бригадирам, крича что-то о «двойной оплате за сверхурочные».

Плюм, устроившийся на плече в виде кота, укусил меня за ухо, словно говоря: «Думаешь, справятся?».

— Деньги творят чудеса, — фыркнул я, наблюдая, как рабочие столпились вокруг бригадира. — Так что должны.

Ветер донёс обрывки разговора:

— «Слышь, Аркадьевич, барин-то спятил? Миллион как семечки…»

— «Молчи, дурак! Тебе ж платят!»

Пыль с дороги потянулась за телегами, а я повернул к дому, где кровельщики уже начинали укладывать новую черепицу.

На одних волевых я прошел на кухню, схватил со стола кусок хлеба, намазал его толстым слоем масла и сунул в рот. Утопив пищу богов в квасе, я отправился в подвал. Деньги таяли на глазах, и нужно было срочно это исправлять. Вечно бегать по порталам ради золота и драгоценностей не входило в мои планы. Артефактор, прежде всего, зарабатывает своим ремеслом. Схватив ящик с заготовками, я отправился на цокольный этаж.