Майор Денисенко снова посмотрел на меня. Ну а я по-прежнему стоял и смотрел поверх его головы. Я и так знал, что услышу дальше. Хмыкнув, майор продолжил:

«Это был урок настоящего мужества! — заявил начальник аэроклуба майор П. А. Крутов. — Сергей действовал так, как должен действовать каждый советский лётчик — хладнокровно, расчётливо и профессионально. Весь наш коллектив гордится таким курсантом!»

— А вот этот момент мне особенно нравится, — проговорил майор, глядя на меня исподлобья.

Он продолжил читать:

— Особенно трогательным стал момент, когда трибуны в едином порыве встали , приветствуя отважного пилота. По свидетельствам присутствующих, даже Генеральный секретарь ЦК КПСС товарищ Леонид Ильич Брежнев, наблюдавший за полётами, аплодировал молодому герою стоя , отметив его выдержку и мастерство.

«Такие люди — гордость нашей страны!» — сказал один из ветеранов авиации, присутствовавших на мероприятии.

Сам Сергей Громов, скромно улыбаясь, заявил корреспонденту Правды: «Я просто выполнял свой долг. Всему, что умею, меня научили наша славная советская авиационная школа. Это заслуга моих инструкторов и нашей великой Родины, которая воспитывает настоящих героев!»

Сегодня имя Сергея Громова знает вся страна. Его мужество и профессионализм — яркий пример для всей советской молодёжи! Так должны поступать настоящие патриоты — смело, решительно и с верой в победу!

Советский народ гордится своими героями! Партия и правительство отмечают, что именно такие люди — будущее нашей великой державы!

Вперёд, к новым победам!

Майор замолчал. Я тоже молчал. В кабинете тикали часы с изображением Гагарина. Видимо, подарок училищу от выпускников-космонавтов.

— В Каче, Громов, — майор свернул газету и убрал её обратно в ящик, — вас ждёт не трибуна с аплодисментами. Здесь курсанты гордятся не прошлым, а тем, что совершат завтра. — Он встал, поправил китель. — Никаких поблажек. Никаких особых маршрутов. Понял?

— Так точно, — ответил я, всё так же глядя сквозь майора.

— Если думаете, что та посадка даёт вам право расслабиться… — Он приблизился, и я уловил запах ментолового карандаша. — То вы ошибаетесь. Здесь каждый день — экзамен. Сдашь — полетишь. Нет — отправишься чистить полигон.

Я наконец перевёл взгляд на майора и посмотрел ему в глаза.

— Я не искал славы, товарищ майор. Я сделал то, что должен был. Так поступил бы каждый на моём месте, — произнёс я спокойно, но твёрдо, не отводя взгляд.

Губы майора едва дрогнули — что-то вроде улыбки.

— Старшина Глухов в казарме № 2. Через десять минут доложить о прибытии.