Он только собрался что-то сказать, как в дверь неожиданно постучали. Не дожидаясь ответа, в кабинет заглянул человек в сером гражданском костюме — вылитый молодой клон Серого, с такой же неброской внешностью. Только без морщин и с аккуратным пробором сбоку.

— Здравия же… Здравствуйте, — заговорил он. — Разрешите об… То есть, можно вас на минуточку, Александр Арнольдович?

Глядя на этого «молодого специалиста», мне захотелось рассмеяться. Я посмотрел на Серого и еле сдержал смешок. Он сейчас своим видом очень сильно напомнил мне одного известного министра иностранных дел в будущем на одной из популярных картинок моего времени.

Тем временем Серый оттолкнулся от стола и направился к двери. Там он остановился, и его младший коллега что-то торопливо зашептал ему на ухо. Серый слушал его внимательно, уставившись в стену напротив, и еле заметно кивал в такт словам. Вдруг его брови дрогнули (едва заметное движение, но я уловил его), и он мельком посмотрел на меня.

— Принято, — отрезал Серый. — Скоро буду.

Молодой человек в сером кивнул нам и удалился, закрыв за собой дверь.

Вернувшись к столу, Серый начал сгребать фотографии в папку. Бумаги шуршали, мы молча наблюдали за его действиями.

— Курсант Громов, вы свободны. Вопросов по инциденту к вам больше нет… — Он щёлкнул замком портфеля и добавил многозначительно: — Пока нет.

Крутов шумно выдохнул, разжав кулаки. Борисов нервно потрогал воротник гимнастёрки. Я же продолжил сидеть, не меняя позы.

— Не провожайте. Думаю, мы скоро увидимся. — Взгляд Серого скользнул по мне, задержался на царапине на щеке. — Поздравляю с успешной посадкой, курсант Громов. Хорошо сработано… Слишком хорошо.

Он развернулся и широкими шагами пересёк расстояние до двери. В кабине снова воцарилась тишина, нарушаемая ходиками. Крутов швырнул в урну недокуренную папиросу и что-то невнятно проворчал про контору и паранойю.

Я встал и поправил ремень. Сквозь окно виднелся дымящийся Як, вокруг которого копошились люди в защитных комбинезонах. Механик дядя Петя что-то яростно доказывал сгрудившимся в кучку людям, тыча пальцем в двигатель.

— Товарищ майор, разрешите идти? — спросил я.

Крутов устало провёл рукой по лицу и кивнул.

— Свободны, — сказал он, махнув рукой, и мы с Борисовым пошли на выход.

На выходе я обернулся. Крутов сидел за столом и задумчиво смотрел нам вслед.

— Спасибо, Павел Алексеевич, — сказал я, намеренно опустив звание и уставной тон.

— Иди уже, Громов, — вздохнул Крутов и повернул голову к окну.

Мы вышли в коридор, который сегодня был необычайно пуст. Борисов шёл вполоборота и вещал: