Значит, связь между зоной силы и контролирующим ее кланом крепче, чем я думал. Возьмем на заметку.
— И вы меня усыновили.
— А что еще оставалось делать?
— Бросить. Вы нажили себе могучих врагов.
— Ты — часть моего клана, — прорычал дед. — Кровь превыше всего.
Похоже, я ляпнул несусветную глупость.
— И как же меня зовут? На самом деле?
Старик неопределенно махнул рукой:
— В Империум ты прибыл под именем Кен Мори. До этого было пять или шесть других имен. В общем, то же самое, что Вася Пупкин. Я до сих пор не знаю фамилии твоего отца, Сергей. Извини.
Вот это откровение.
— А что с моей матерью?
— Мария, — взгляд старшего в роду вновь затуманился. А ведь ему действительно больно. И обидно. Ни попрощаться по-людски, ни отомстить. И вообще. Нехорошо это — хоронить своих детей. — Мария Константиновна Друцкая. У меня есть фотографии, ролики. Архив к твоим услугам. До завтрашнего утра.
Получается, во мне, то есть, в Сергее, реально течет кровь дворян. Умеющих постоять за себя и пользующихся стихией воздуха. Так почему же всё это время я не ощущал в себе тягу к родовым способностям? Почему мои сверстники делали со мной на полигоне всё, что вздумается, а я не мог ответить? Неужели кровь отца оказалась сильнее, и материнское наследие отступило под напором чужой генетики? Получается, что так. Законы этого мира таковы, что усидеть на двух стульях не получится. Ты либо корректировщик, либо маг воздуха. Третьего не дано.
Ну…
Почти не дано.
Теперь в этом теле нахожусь я.
И — главный вопрос. Почему хозяин дома не вмешивался все эти годы в отношения между внуками? Почему не сделал даже слабую попытку обуздать выродков, привыкших унижать слабого, зная, что Сергей — неотъемлемая часть его семьи? Ответ лишь один. Надеялся, что в один прекрасный день во мне проснутся дремлющие навыки. Рассчитывал усилить род стихийником с навыками шиноби. Вот она — любовь аристократа к своим потомкам.
Клан превыше всего.
А мы — клан воинов.
Внезапно до меня дошел смысл последней фразы, сказанной дедом. Архивом мне разрешили пользоваться до завтрашнего утра.
— Мне придется уехать?
— Временно.
— И куда?
— На восток. Подальше от столицы. — Дед встал, давая понять, что аудиенция закончена. — А я постараюсь защитить наш род.
Знаете, когда приходит истинное понимание различий между одной техномагической реальностью и другой? Когда сталкиваешься со средствами передвижения, не получившими должного развития в твоем мире.
Типичный пример — дирижабль.
Я, конечно, в курсе, что семья владеет стратосферным дирижаблем, но полагал, что слухи преувеличены. Логичнее пользоваться частным самолетом — он движется быстрее, уровень комфорта выше. Так, да не так. Всюду, где человек начинает влезать в природу, он сталкивается с угрозой экологической катастрофы. Дымят заводы и фабрики, вырубаются леса, авиация и бензиновые автомобили загрязняют атмосферу. Деньги, конечно, не пахнут. И катастрофа случилась бы — мы слишком тупые, чтобы ее предотвратить. Вот только Источники, генерирующие взвесь, чутко реагируют на любые неполадки в биосфере. И аристократы, чтобы не лишиться власти и денег, вынуждены следить за сохранностью природы. Поэтому воздушные корабли с нулевым выбросом быстро вытесняют авиацию.