На меня обрушивается град простых и убойных комбинаций. Двойки летят в корпус и челюсть. К боксерским ударам подключаются колени и локти. Я вынужден отказаться от схемы «воздушного боя» и принять эту жесткую тактику. Левая тонфа выбита, я не успеваю ее поднять. Правой наношу апперкот. Пробиваю выставленный блок, но тут же прилетает боковой в ухо. Успеваю отвести колено и уклониться от правого крюка, левой наношу два быстрых удара в корпус, иду на удушающий захват. Противник выворачивается и локтем достает меня в солнечное сплетение. Кинетика держит, но я вынужден отступить. Тут же прилетает мощный лоу-кик в голень. Целится, гад, в пострадавшую ногу. Бью сверху тонфой, слышу хруст ломающейся кости. Наконец-то!
В этот момент открывается дверь мусоровоза.
Я получаю по носу. Не больно, но здорово отвлекает. Вижу ногу коммунальщика, зачем-то решившего выбраться из кабины. Успеваю выставить «полыхающий щит». Вовремя, потому что недобитый охотник пытается накрыть нас «яростью». Водиле не повезло — его ноги охвачены огнем. Дверь промяло невидимой мощью, стекло вылетает. Мужик в зеленой робе корчится и истошно орет под передним колесом. Ему не помочь.
Даже представлять не хочется, что сейчас делают жильцы прилегающих домов. Вызывают полицию, что же еще.
Прыжок.
Уклоняюсь от качнувшегося кабеля. Зацеп сломанной ноги. Охотник падает, пробует защитить лицо локтями, но слишком поздно.
«Пресс», «плеть» и серия добивающих тонфой.
Бью в живот, кадык и висок.
Не знаю, что именно проходит. Ясно одно — оппонент перестает дергаться.
Проверять пульс некогда.
Усилием воли возвращаю в левую ладонь тонфу. Делаю шаг в сторону скамейки, на которой остался мой рюкзак. Слегка морщусь от болевой вспышки в ноге.
И тут мой взгляд падает на черный пистолет.
С регенерацией у одаренных полный швах. Поэтому кланы предпочитают иметь собственных целителей, а по всей стране разбросаны частные клиники. Не все рождены, чтобы стать бойцами. Талантливые врачи-стихийники ценятся на вес золота неспроста. Многие аристократы сумели выжить после дуэлей и родовых войн исключительно благодаря частным клиникам.
Волхвы — другое дело.
Я преобразую эфир в жизненную энергию и наспех заштопываю пострадавшую конечность. Безо всяких водных техник и медицинских дипломов.
Штаны пропитались кровью.
Характерное бурое пятно ни с чем не спутаешь, так что придется обновлять гардеробчик.
Если выживу.
Боль сменяется жаром и покалыванием. Верный признак ускоренной регенерации тканей. Завтра утром останется белый шрам, потом и его уберу. Радует, что попадание не прямое.