— Масочку сними, урод.

Еремей выпрямляется в полный рост.

Грозный противник.

И матерый.

Накачиваю взвесью «щит» по полной, до максимально доступного мне уровня. Укрепляю эфиром «менталку».

И ухожу в рывок на «дополнительном ускорении». Тонкость в том, чтобы не зацепить стойки с гантелями и блочные тренажеры, расставленные вдоль центрального прохода. Я ведь не умею просачиваться сквозь предметы. Пока не умею…

Еремей выставляет перед собой правую руку. Раскрытой ладонью ко мне. Приходится резко тормозить, чтобы не столкнуться с волной «расширения». Вот же сукин сын. «Расширение» — довольно сложная техника для Подмастерья. Если, конечно, против меня не используется родовое наследие. Чем-то напоминает астральные волховские чакры, но с более разрушительными последствиями на физическом плане. Круговая деструкция, расходящаяся от адепта во все стороны. Раскаленный ветер, сметающий всё на своем пути.

«Вихреворот» — по встречке.

Жар сталкивается с миниатюрным концентрированным смерчем, и это спасает мне жизнь. В нескольких метрах от меня закручивается огненная воронка. Столб пламени достигает потолка, лижет бетонные перекрытия и забранные решеткой лампы. А потолки в тренажерных залах со скалодромом, заметьте, не низкие.

Остаточной волной сносит несколько тренажеров, прогибает и плавит зеркала, выносит к чертям собачьим панорамное окно. Дождь сливается с градом стеклянных осколков. Вспыхивают канаты ринга и развешанные тут и там груши.

Музыка обрывается.

Нестерпимый жар лишь слегка опалил мою кожу — основной удар приняли защитные оболочки.

Обрушиваю на Еремея «пресс». Не давая опомниться, швыряюсь наугад «яростью» и добавляю немного электричества.

Истошно верещит противопожарная сигнализация.

Плевать.

Тетка с ресепшена наверняка уже проснулась и начала делать неприятные вещи. Вызывать полицию, например. А провинциальная полиция — она, такая, как бы это помягче выразиться, не очень оперативная.

— Стихийник-универсал, — раздается голос Еремея. Ближе, чем хотелось бы. — Я не верил, хотя парни предупреждали.

«Полоса жара» слева.

Прорываюсь на ускорении между успокаивающимся смерчем и гудящим ярко-красным тоннелем, отталкиваюсь ногами от мата, делаю сальто над головой противника и приземляюсь за его спиной. Кицу слева, вращение справа. Мусатов, не оборачиваясь, ставит жесткий блок на кицу и наносит сокрушительный удар ногой мне в живот. Усилив стопу «красным кулаком». Ауры держат, но ему удается вывести меня из равновесия и отшвырнуть к стойке с гантелями. Тяжелые блины впечатываются в спину. Второй удар ноги с грохотом валит стойку на пол. Скользнув вправо, пробиваю ему коротким концом тонфы в бочину. Ставит локтевой блок, но ему больно. Уже хорошо. Не киборг-убийца.