«Я пойду готовиться к ритуалу.»
«Хорошо,» — с живым интересом ответила Франка.
Хотя она и наблюдала со стороны за тем, как Люмиан обретал силу «Аскета», но то происходило в Трире Четвёртой Эпохи, где переплетались всевозможные опасности, заставляя её трепетать от страха и постоянно следить за обстановкой вокруг, из-за чего не было возможности вот так расслабленно «полюбоваться» зрелищем.
Люмиан немного подумал, достал из потайного кармана жилета маленький металлический флакон и бросил его Франке:
«Если чуть позже моё состояние станет совсем ненормальным, ты силой разбей „Духовную стену“ и швырни его ко мне под ноги или прямо в меня.»
«А крышку отворачивать нужно?» — с улыбкой спросила Франка.
«Как думаешь?» — Люмиан приподнял бровь.
«Конечно нужно,» — со смешком сказала Франка. — «Шучу, просто хотела, чтобы ты расслабился.»
«Спасибо тебе!» — Люмиан повернулся и подошёл к огромному каменному креслу в самой глубине древнего дворца.
Его интуиция подсказывала ему, что это пёстрое огромное каменное кресло, возможно, имеет некоторую связь с господином «Шутом».
Это могло позволить его последующему ритуалу лучше привлечь к себе взор господина «Шута».
Увидев, как Люмиан использовал каменное кресло в качестве алтаря, разложил соответствующие предметы и торжественно положил один ровный золотой фунт перед серо-белой свечой, символизирующей божество, «Хела» ровным тоном произнесла:
'Не беспокойся о том, что отклика не будет.
«Желающее сокрытия естественно окажется сокрыто, а не желающее сокрытия сокрыто не будет.»
Люмиан успокоился, освятил ритуальный серебряный кинжал и создал «Духовную стену».
Голоса разговаривающих Франки и «Хелы» мгновенно сделались слабыми, словно доносились издалека.
Люмиан не спешил проводить ритуал, а, понизив голос, по собственной инициативе «провоцировал» Термибороса:
«Я снова собираюсь извлечь твои силы. Что думаешь по этому поводу?»
Он надеялся в некоторой степени разозлить Термибороса, чтобы тот при ответе выдал скрытые проблемы, дав возможность заранее понять, замышляет ли этот Ангел Судьбы что-то втайне и что именно.
Раньше обнаружишь — раньше исцелишь, раньше разрешишь!
Величавый, переливающийся многими слоями голос Термибороса зазвучал в ответ:
«Чем дальше вперёд, тем ближе к концу, такова судьба, её не изменить.»
«Это твоё самоутешение?» — Люмиан высмеял любовь Термибороса к загадочным фразам.
Голос Термибороса эхом разнёсся волнами внутри тела Люмиана:
'Благословение заставляет Одарённого приближаться к Дарителю. Кажется, будто ты извлекаешь мою силу, но на самом деле ты непрерывно подталкиваешь собственную судьбу ко мне, делая себя всё более и более похожим на меня.